Дон и Изобел взобрались на эстакаду у входа, откуда можно было все видеть, не мешая работе. Прямо напротив размещался стереоэкран. Он светился, но изображения на нем пока не было. Внизу стоял микроманипулятор, рассчитанный на дракона. Остальную площадь лаборатории занимали прочая аппаратура и инструменты. Дон рассматривал их с удивлением — но не потому, что это были конструкции драконов (многие из них явно вышли из-под человеческих рук). Всякое лабораторное оборудование кажется непосвященному странным. Предметы, изготовленные аборигенами, были привычны Дону; две технологии — людей и драконов — настолько переплелись, что человеку, особенно живущему на Венере, не казались странными соединения, выполненные простой скруткой вместо сварки или болтов, он не находил необычными сцепленные друг с другом овоиды там, где человек использовал бы винты.
За микроманипулятором, положив щупальца на управление, сидел Сэр Исаак. Над его головой нависало устройство, снабженное восемью окулярами. Дракон тронул переключатель, и на экране появилось цветное объемное изображение кольца. Увеличенное изображение имело в поперечнике около восьми футов. Экран заполнила печатка кольца, на которой было вырезано залитое эмалью углубление в форме заглавной «Я» в белом эмалевом кружке.
Изображение дрогнуло и изменилось. Теперь была видна лишь часть буквы, но зато настолько увеличенная, что эмаль, втертая в неглубокие канавки, стала похожей на обломки каменных плит. На экране возникла тень какого-то цилиндрического инструмента — в фокусе был только его конец, — из которого вдруг появилась огромная маслянистая капля и, отделившись от «пера», растеклась по эмали. «Каменные обломки» начали рассыпаться на мелкие куски.
На эстакаду взобрался Монтгомери Фиппс. Увидев Дона и Изобел, он уселся рядом с ними на край платформы. Видимо, он хотел загладить свою недавнюю резкость.
— Вам будет о чем рассказать своим внукам, — сказал он. — Старина Сэр Айк за работой. Лучший микрооператор в Системе: может вытащить любую молекулу, посадить ее куда надо и заставить стоять на задних лапах.
— Фантастика какая-то, — кивнул Дон. — Я и не знал, что Сэр Исаак — лаборант.
— Как бы не так! Он — великий физик! Неужели ты еще не понял, почему он себе выбрал такое имя?
Дон смутился. Он знал, что драконы берут себе человеческие имена, но считал, что те воспринимают их как некую данность наподобие его собственного венерианского имени.
— Почти весь его род — ученые, — продолжал Фиппс. — У Сэра Исаака есть внук, который взял себе имя Галилео Галилей, — ты с ним не знаком? Есть у них и Доктор Эйнштейн, и Мадам Кюри, есть специалистка по химическому синтезу, назвавшая себя — одному Яйцу известно почему, — Маленький Лютик. Но Сэр Айк — самая среди них голова. Он летал на Землю, чтобы помочь в разработке нашего проекта. Ты ведь знал об этом? А? Знал?
Дон признался, что нет. Изобел спросила:
— Мистер Фиппс, вы говорите, что Сэр Исаак работал над проектом на Земле. Почему же тогда он не знал, какая в кольце информация?
— Что-то знал, чего-то не знал. Он работал в области теории. А из кольца мы надеемся извлечь готовые инженерные разработки, причем осуществить их можно будет средствами, привычными для людей. Это совершенно разные вещи.
Дон задумался. До сих пор «наука» и «техника» представлялись ему более или менее тесно связанными понятиями; Дону не хватало образования, чтобы осмыслить огромную разницу между ними. Он заговорил о другом.
— А вы сами работали в лаборатории, мистер Фиппс?
— Я? Великое небо, конечно, нет! У меня ж руки-крюки! Я изучаю движущие силы истории. Когда-то эта наука была теоретической, теперь — прикладная. Что ж, в этом месте пусто.
Фиппс смотрел на экран. Растворитель, каждая капля которого выглядела размером с бочку, смыл эмаль на краю буквы «Я»; под слоем краски пластик оказался янтарного цвета и был совершенно прозрачен.
Фиппс вскочил на ноги:
— Не могу сидеть спокойно. Ужасно нервничаю. Пожалуйста, извините меня.
— Ну что вы, конечно.
На эстакаду взобрался дракон. Фиппс отошел в сторону, и дракон остановился с ним рядом.
— Привет, мистер Фиппс! Не возражаете, если я тут пристроюсь?
— Ради Бога. Вы знакомы с ребятами?
— Да, я уже встречался с этой леди.
Дон представился, назвав оба своих имени, и дракон, в свою очередь, свои —
— Для меня большая честь находиться в вашем доме, — сказал Дон.
Дракон устроился поудобнее и опустил голову так, что его подбородок оказался на уровне человеческих плеч.
— Это не мой дом. Наши снобы пустили меня сюда лишь потому, что я умею делать некоторые вещи лучше других. Я здесь только работаю.
