Зато в следующем году им удалась другая авантюра — захватить Тьмутаракань, где окопались остатки иудео-хазар. Об этом успехе руссов сообщает грек Иоанн Мних и арабский географ Мукадасси. Тьмутаракань стала русским городом и уделом сыну Владимира Мстиславу.
Дальше у Нестора заходит речь о крещении Владимира и Руси, точнее о «выборе веры».
Будто бы съехались в Киев представители разных конфессий, и каждый нахваливал свою веру.
Владимир с интересом выслушивал мусульманского муллу, когда тот говорил о разрешении многоженства, но узнав, что под запретом вино и свинина, ответил тому знаменитым: «Руси есть веселие пити..» По русскому обычаю, князь делил трапезу с дружиной, этот ритуал скреплял единство воинов. «Что для князя могло быть важнее?».
С немцами католиками же такая выдалась незадача. Сказал им Владимир: «Идите, откуда пришли, ибо и отцы наши не приняли это». Версию отказа дает Л. Н. Гумилев, «В 955 году на святой престол воссел шестнадцатилетний юноша, нареченный папой Иоанном XII. Ватиканский двор стал вертепом, Иоанн давал пиры в честь древних языческих богов и пил за здоровье Сатаны».
Проще всего было с евреями, с ними разговор вышел короткий. Владимир спросил хазарских иудеев: «А где земля ваша?». И отвечали: «Разгневался Бог на отцов наших и рассеял нас по различным странам за грехи наши».
Последовал закономерный ответ: «Как же вы других учите, а сами отвергнуты Богом?»
Послал в итоге князь верных людей по разным странам, поглядеть, как там отправляют службу.
И пришли они и сказали, что нет ничего лучше греческой службы. «И не знали — на небе или на земле мы; ибо нет на земле такого зрелища и красоты такой».
Что с гаремами, что с принятием религии — очередной авторский вымысел летописца Нестора. Не слишком надежный источник, но уж какой есть, спасибо ему и за это. Как говорил товарищ Сталин: «Других писателей для вас у меня нет».
Никуда никого посылать было не надо, про константинопольский храм Святой Софии Владимиру наверняка рассказывала бабушка — христианка Ольга.
Владимир жил во времена, когда все его значимые соседи определились с верой, и большинство приняло христианство, даже свирепые дикари в Норвегии.
Поэтому не удивительно, что в 988 году при осаде и взятии Корсуни (Херсонеса), когда Владимир посватался к сестре императоров Анне, условием брака было крещение его самого и страны.
Вернувшись в Киев с женой и священниками Владимир «повелел опрокинуть идолы — одних изрубить, других — сжечь». Затем послал по всему городу сказать: «Если не придет кто завтра на реку — будет мне врагом». В Киеве крещение прошло без эксцессов, в Новгороде же пришлось огнем и мечем давить языческое восстание.
Свой гарем он после крещения распустил, предложив женам, кто захочет выходить замуж, Рогнеда, отказавшись, ушла в монастырь.
А в народной памяти Владимир остался ещё и потому, что сумел оградить Русь от степного лиха, постоянными набегами терзавшего славянские земли.
«И стал ставить города по Десне, и по Осетру, и по Трубежу, и по Суле, и по Стугне. И стал набирать людей лучших от словен, и от кривичей, и от чуди, и от вятичей, и ими населил города, так как была война с печенегами. И воевал с ними и побеждал их».
В 991 году заложил Владимир город Белгород, и «набрал для него людей из других городов, и свел в него много людей, ибо любил этот город».
«Жил Владимир в мире с окрестными князьями — с Болеславом Польским, и со Стефаном Венгерским, и с Андрихом Чешским. И были между ними мир и любовь. Владимир же жил в страхе Божьем».
Искренне приняв веру и боясь греха, он прекратил казнить разбойников. «И сильно умножились разбои». Епископы тогда сказали князю: «Ты поставлен Богом для наказания злым, а добрым на милость».
Жил и правил князь Владимир ещё до церковного раскола потому почитается святым помимо православной и католической церковью. Жены и наложницы нарожали ему 13 сыновей и десять дочек, и это только те, кого князь официально признал. Первенец его Вышеслав умер при жизни отца, матерью его была скорее не "чехиня", а норвежская княжна, дочь Олава.
Приняв христианство и объединив множество племен, Владимир дал направление великому будущему нашего многонационального народа — потому что русский это прилагательное, если ты принимаешь его язык, культуру, его Судьбу — какой бы она не была, то кто ты по крови не важно. Но важно при этом сохранять и свои родные культуру и речь, от этого только богаче и ярче общее достояние.
Багдадский халифат стал разваливаться в девятом веке. Сначала откололась Испания и Магриб (Марокко, Алжир, Тунис). Затем отделились Египет, Средняя Азия и Восточный Иран.
В десятом веке халифата уже было три — помимо Багдадского, ещё Каирский и Кордовский.
Но если Кордовский халифат находился на вершине своего могущества, то остальные переживали острый кризис.