— На данный момент не могу точно сказать, есть ли связь между этими исчезновениями, но я обязан поискать буквально под каждым камнем.
— Я думала, он пропал… ну, тот, кого подозревали. — Голос — осторожный, приглушенный — лишь подчеркивал ее внешнее спокойствие.
На мгновение Рино стало стыдно за то, что он вынужден снова оживлять ее демона.
— Да, он уже двадцать лет считается умершим.
— Но?
Рино попытался улыбнуться.
— Нет никаких сведений о том, что это не так, но когда всплывают дела такого характера, все возможные подобия и совпадения нужно тщательно перепроверять.
Снова едва заметный кивок. Нельзя было точно сказать, поверила ли Ангелика сказанному.
— Я прочитал отчет, — сказал он. — О трех днях, которые вы провели в одиночестве в маленькой комнате.
Она положила булочку на поднос.
— Я почти ничего не помню.
— А запах?
Она внимательно посмотрела на следователя.
— Да, я всегда связывала с этими событиями определенный запах, думая, что он исходил из комнаты, в которой я сидела.
— Вы можете его описать? Он был…
Она покачала головой.
— Я даже не могу сказать, пахла ли так комната или тот человек. Все, что я помню, — сухой, неопределенный запах. Возможно, в нем вообще не было ничего необычного. Может быть, я вообразила, что он какой-то особенный, в связи с тем, что это мое единственное чувственное воспоминание, я не знаю. — Ангелика чуть сгорбилась, словно пытаясь увернуться от воспоминаний.
— В отчете было указано, что если вы однажды почувствуете этот запах, то, вероятнее всего, сможете вспомнить все, что с вами происходило.
Она снова попыталась откусить булочку.
— Я помню, что сказала это.
— Вы все еще так считаете?
— Я перестала во что-либо верить.
Некоторое время они помолчали.
— Если бы я попросил вас описать комнату, в которой вы находились…
— Маленькая, бесцветная — вот все, что я помню.
— Бесцветная означает… белая?
Ангелика быстро огляделась, словно пытаясь найти кого-то, кто мог бы прийти на выручку.
— Я уже сказала вам, что не знаю. Я не связываю с бесцветностью никакой конкретный цвет.
— И у вас не осталось никаких воспоминаний о том, что вы делали все три дня? Что вы ели? Где спали?
Она твердо покачала головой. Было очевидно, что она отвечала на эти вопросы уже тысячу раз.
— Единственное воспоминание: я сижу на полу и оглядываюсь… в бесцветной комнате. Мне сказали, что, когда меня нашли, у меня было лишь легкое обезвоживание, то есть, очевидно, он давал мне пить, но я ничего этого не помню.
— В памяти остался только запах?
— Только запах.
— Вы можете сейчас попробовать его почувствовать?
— То есть… представить себе?
Рино кивнул.
— Зачастую это первое, что я ощущаю, когда просыпаюсь. Так что да, я могу почувствовать его в любой момент.
— Но запах не резкий?
— Интенсивный, возможно, но не резкий. Если попытаться его описать… нет.
— Да, пожалуйста, попробуйте его описать. — Рино от оживления перегнулся через стол.
— Сухой, — сказала она, отпивая кофе. — Тяжелый.
— Удушающий?
После этого вопроса она глубоко задумалась.
— С годами он стал именно таким.
— Вы когда-нибудь чувствовали шлейф подобного запаха?
— Иногда я замираю, потому что мне кажется, что я чувствую что-то подобное.
— Когда это происходит… где вы находитесь? Чем пахнет на самом деле?
— Хороший вопрос. — Настороженная полуулыбка. — Надо подумать. В целом это может произойти где угодно… На мгновение мне кажется, что я его узнаю.
— За прошедшие годы… — Рино пытался тщательно подбирать слова, чтобы не взволновать свою собеседницу. — Не случалось ли чего-то странного? Может, вам показалось…
— Показалось, что я встретила его снова?
— Думаю, многие бы так думали.
— Дело в том, что я, скорее, желаю этого.
Рино вопросительно взглянул на Ангелику.
— Какое-то время я постоянно это делала, теперь уже могу держаться несколько недель, но я все еще продолжаю и, по всей видимости, буду делать это до самой смерти.
— Делать что?
— Я внушила себе, что он примерно на двадцать пять лет старше меня.
Вполне возможно.
— Так что я обхожу всех мужчин, которых встречаю. Мужчин этого возраста.
— Обходите?
— Да. — Она опустила глаза. — Я подхожу поближе. Пытаюсь выглядеть непосредственно и уверенно.
По ее худощавому телу пробежала мелкая дрожь. Ангелика подняла взгляд на Рино:
— А потом нюхаю их. И буду, видимо, продолжать так делать до тех пор, пока не окажусь лицом к лицу именно с ним.
От дождя воздух стал сероватым и тусклым. В трехстах метрах от того места, где сидел Рино, пристал к причалу корабль «Хуртируты»****** — словно мираж, похожий на корабль-призрак, готовый в любой момент раствориться и исчезнуть, стоит только отвести взгляд. Десяток человек дожидались возможности подняться на борт, как только иссякнет поток сходящих на берег.
«Туристы», — подумал Рино. Огромная толпа ринулась на берег, словно судно село на мель, а спасательных шлюпок на всех не хватало. Разумеется, они промокали до нитки еще до момента, когда успевали ступить на твердую землю. Рино даже предположить не мог, чем так манил к себе людей этот утонувший в дожде город. До вылета у него оставалось полтора часа, и он решил посидеть еще немного.
