– Его что, свои пристрелили? – высказал общую мысль Рысь.
К трупу подошёл командир:
– Так, а это кто вообще у нас будет? – Вадим склонился над мертвецом. Черты мёртвого лица было почти не разобрать: внешность без отчётливых особенностей, на которых любит фокусироваться человеческая память. Не было у погибшего ни усов, ни необычной формы носа, ни родинок, ни шрамов. Шерлок проверила карманы трупа. Они оказались абсолютно пусты.
Вадим всё ещё сверлил покойника взглядом.
– Может в столе есть что? – Маша оторвалась от поисков.
– Сейчас гляну, – Гора начал по очереди выдвигать ящики письменного стола, использованного им же в качестве подпорки баррикады. Ящики хранили только предметы первой бытовой необходимости: зубная щётка с наполовину израсходованным тюбиком пасты, пачка скрепок, пучок шариковых и гелевых ручек синего цвета, перетянутых канцелярской резинкой, чистый блокнот, немного загнившее, надкушенное с одной стороны зелёное яблоко и губка для обуви.
– Пусто!
– Блин, это же…! – Старый осёкся. – А, нет, не он.
Исследуя разбросанные бумаги на полу, Шерлок наткнулась на схему эвакуации при пожаре.
– Есть план этажа!
Рысь и Старый начали внимательно разглядывать помятый лист в её руках. Сейчас это была для них самая подробная, самая желанная карта верхнего уровня госпиталя.
– Да, справа не было, – сдержано проговорил Вадим. – Всё понятно: вот мы, вот лестница, вот выход на крышу. По коридору налево и наверх. Будем надеяться, что там дыр в полу нет.
– А если есть? – робко спросила Мессия.
– Значит, дадим бой и прорвёмся на вторую лестницу.
Палач мгновенно затараторил:
– Зачем так рваться? Можно же просто залечь тут до вечера, а потом спокойно выползти на этаж – тварей меньше будет, разбредутся.
– Нет, – буркнул Вадим.
– Почему?
– Нет у нас времени, – ответил Антону командир отряда, – Лешаков предупредил, что у нас не более суток.
– А, ну если Лешаков предупредил, – иронизируя, закончил Палач.
Вадим посмотрел ему прямо в глаза:
– Антон, мне самому всё это не нравится. Я не собираюсь тут играть в кадрового офицера, но давай выполним его тупой приказ, потому что хрен его знает, почему у нас всего сутки! А потом мы с тобой вернёмся на базу и разобьём рыло ему или друг другу, но уже после. После всего этого!
Палач тоже был на взводе:
– Да, если возвращение вообще случится! Твари нас зажмут в коридоре, и мы сами застрелимся под глюками или им в пасти полезем, как овцы! Я не хочу помирать, как баран!
Между бойцами влез Рысь, встав спиной к Старому:
– Антоха! Да успокойся ты! – Артём начал потихоньку отводить однополчанина в сторону. – Мы прорвёмся, прорвёмся.
– Да, да! – Палач не сопротивлялся, шёл, но не сводил глаз с лица командира. Вадим крепче сжал цевьё винтовки. Он что-то хотел ответить, но не стал, только плотнее стиснув зубы.
Гора прислушался:
– Тихо.
«Великан» немного пошатал стол, создав какофонию из скрипа и треска. Откуда-то из глубины коридора справа донеслись быстрые шаркающие шаги. Вновь воцарилась тишина.
– Обнюхивает, – прошептал Палач.
В этот момент раздался звук тяжёлого удара по двери. Завал немного дрогнул, но вся сваленная в кучу мебель осталась на своих местах. С той, внешней стороны, по полотну опять заскребли когтями. Через минуту всё стихло. Настя медленно выдохнула: страх сжимал грудь, бросил её тело в холодный пот, но всё же немного отступил с приходом затишья.
Маша щёлкнула пальцами и замахала рукой, подзывая Старого подойти к окну. Раздвинув горизонтальные полосы пластиковых жалюзи, Шерлок указала на газон у госпиталя:
– Смотри, сейчас покажется.
– Кто?
– Смотри-смотри!
Через одно из окон первого этажа на улицу выполз мутант. Его вид напоминал одновременно и медведя, и дикобраза. Существо имело черно-серую полосатую окраску: чёрный цвет преобладал у туловища, а серый встречался ближе к концам игл-копий, которыми покрывалось тело монстра.
– Там ворона в осколках ковырялась, потом вспорхнула. Примерно в тот момент и пришёл он. Он уже второй раз выходит. Я так считаю. Ну, то есть, я его заднюю часть разглядела, когда к окну подошла. Мутант тогда в здание забирался.
Командир задумчиво произнёс, глядя на «ежа»:
– Ковырялась в осколках? – внезапно его озарило. – Значит, и мы пошумим! Отряд! – Вадим развернулся к своим подчинённым. – Сейчас мы сможем прорваться на крышу. Значит так: двое держат на прицеле дверь, остальные ко мне, сюда – разбивайте окно, бросайте всякую мелочёвку на землю. Старайтесь попасть в стену на уровне второго-первого этажей. Потом, по моей команде, развернуться и открыть огонь по двери кабинета, прямо через завал! За дело!
