– Давай-давай, – голос «великана» срывался на смешные высокие нотки. Он как можно сильнее отталкивался ногами от последних ступенек‑прутков, видя как полукабан-полуобезьяна прыгает в его сторону. Рывок, и Гора упал на спину, примяв собой Старого и Палача. Рысь выпустил прямо в морду нахального мутанта короткую очередь, и толкнул ногой увесистую дверцу люка. Металлическая створка лязгнула о свою стальную обвязку, с грохотом закрыв лаз на крышу. Из-под квадратной двери-люка доносились приглушённые крики беснующихся тварей.
– Смотрите в оба, вдруг кто по стене заберётся! – приказал отряду Вадим. – Я пока свяжусь по рации.
Он поднялся на ноги, сорвал с головы противогаз и сразу полез в карман разгрузки за устройством.
– С кем свяжешься? – спросила Маша, снимая по примеру командира своё средство защиты. Её немного потряхивало после опасного забега.
– С кем-нибудь, – в голосе командира можно было уловить нотки подкрадывающегося отчаяния.
Вадим наконец выудил из кармана разгрузки рацию и вышел на связь, надеясь наткнуться в эфире на других живых «раскатовцев»:
– Я – «Раскат‑4», ищу небо! «Раскат‑4», ищу небо!
Солнце светило уже не так ярко, по сравнению с утром – набежали облака. Вокруг поляны, на которой находился госпиталь, были видны только макушки деревьев. Спецназовцы жадно вдыхали и выдыхали свежий воздух, убрав противогазы обратно в подсумки. Командир продолжал:
– Повторяю, я – «Раскат‑4», ищу небо! Ищу небо!
– А что там такое? – спросила Шерлок. Она указывала рукой на группу двухэтажных домов, стоящих километрах в трёх от госпиталя, за невысокой, молодой чащей.
Гора, не дожидаясь чьего-либо сигнала или разрешения, вскинул пулемёт и выпустил длинную раскатистую очередь вверх.
Вадим в недоумении посмотрел на него:
– Ты чего, мля?
Здоровяк ничего не ответил, только сплюнул на резиновую крошку рулонной кровли госпиталя.
– Они там! – выкрикнул Рысь.
Со стороны «посёлка» в небо взмыла красная сигнальная ракета.
Старый убрал рацию:
– Это наши! Спускаемся по северной стене! Рысь, Шерлок, готовьте «кошки».
В этот момент каждый из «Раската‑4» почувствовал, как страх и дикое желание жить превратились в надежду.
Между травинками газона на земле лежала острая щепка. На одной из её граней, в небольшие трещины забились несколько волосков минеральной ваты. Они вымокли под дождём, высохли на солнце, и им было всё нипочём. Древесина вокруг них уже успела стать обжитой мицелиями различных грибков, облюбовавших единственную необожжённую пожаром сторону щепы. Рядом с этим обломком валялось множество других кусков поломанных взрывом стоек, обвязок и других несущих элементов дома, рядом с несущими элементами быта. Газон перед двухэтажным коттеджем был целиком покрыт строительным мусором: сломанные, обгорелые доски и брус; то тут, то там блестящие на солнце осколки стекла; оплавленные куски пластика и фрагменты слетевшей мягкой черепицы. Из закопчённого нутра коттеджа на улицу были вывалены предметы интерьера, превращённые взрывом в хлам. Во вспученный линолеум гостиной воткнулись концы балок перекрытия. Они вошли в пол аккурат между двумя мёртвыми телами в облегающих серых костюмах. Упавший на траву фронтон больше не мешал – ветер играл лохмотьями ветрозащитной плёнки, торчащей из-под брусков обрешётки. Дом стал похож на своих обитателей: обугленный и ободранный. Как и сама «восьмидесятка».
***
Рысь подал условный сигнал карканьем. Ответа не прозвучало.
«Раскат‑4» двигался по узким переулкам «посёлка». Попасть на его территорию оказалось несложно – забор из металлической сетки, ограждавший территорию, имел несколько дыр. На разрыве проволоки, в ячейках остались клочья шерсти. «Посёлок» состоял из трёх широких улиц и множества расходившихся в стороны переулков. По обеим сторонам каждого такого ответвления стояли одинаковые дома высотой в два этажа. У каждого была деревянная терраса, отделка кремового цвета, зелёные скаты крыши. Ограждения вокруг коттеджей не было, а их нумерация состояла из букв и цифр: «А3», «В10» и так далее. Между домами кое-где виднелись протоптанные тропинки. Гора заглянул в окно очередной постройки: коричневый диван напротив чёрного телевизора, между ними стеклянный кофейный столик, на заднем плане широкий проём – проход на кухню.
– Чисто, – сообщил остальным здоровяк. «Спальный район» выглядел покинутым жителями.
Рысь снова озвучил условный сигнал. Тишина.
– Да где они? – буркнула себе под нос Шерлок, заглядывая в тридцатое по счёту окно.
Группа дошла до первого широкого проезда. После узких переулков эта дорога казалась магистралью. И бойцы были на ней, как на ладони. Вадим указал направление движения, и спецназовцы попарно преодолели открытое место. Они пыхтели, стараясь бежать как можно быстрее, чтобы скрыться в тени домов на противоположной стороне и прикрыть отставших.
Артём просигнализировал громче, приложив ладонь к губам, имитируя рупор.
В ответ донеслось откуда-то из центра посёлка уханье совы.
Бойцы переглянулись. Рысь повторно подал сигнал.
