Зденек Млынарж. Один из тех, кто сотворил Пражскую весну. В 1968 году он был в ближайшем окружении Александра Дубчека, считался главным идеологом. Его судьба в чем-то напоминала мне наших «высоколобых» друзей из Международного отдела ЦК (А. С. Черняева, Г. А. Арбатова и других). В молодости он учился вместе с Михаилом Сергеевичем на юридическом факультете МГУ, они жили вместе в общежитии и подружились. Оба были сторонниками гражданских инициатив и самоуправления, но, конечно, в рамках социалистического общества. Близкими в конечном счете оказались и итоги их пути. Горбачев не сумел реформировать компартию и осуществить реформы в рамках социалистического общества. Млынарж после Бархатной революции возвратился в новую Чехию, где его идеи «демократического социализма» оказались не востребованы.
Интересно было нам познакомиться и с Ефимом Эткиндом, историком литературы и переводчиком, который выступал свидетелем защиты на процессе Иосифа Бродского. В 1974 году его исключили из Союза писателей и вытолкнули в эмиграцию с лишением гражданства.
Встречи со Львом Копелевым и Раисой Орловой мы, конечно, ждали особенно. Юра бывал в их московском доме. Там он познакомился с Паниным (который стал для Солженицына прообразом Сологдина в романе «В круге первом»). Карякин хлопотал о возвращении гражданства Льву Зиновьевичу, а потом в Вермонте, в доме А. С. Солженицына во время первой их встречи в 1992 году пытался «примирить» заочно бывших друзей. Ничего не вышло. Солженицын тактично уклонился.
Большой радостью было для нас с Юрой увидеть среди приглашенных Витторио Страду. О нем отдельный рассказ.
Его знают в Европе и у нас очень многие. Профессор русской словесности, переводчик-славист, историк русской литературы, научной и общественной мысли России. Когда Витторио исполнилось 75 лет, Карякин писал юбиляру: «…Ничуть не принижая других знатоков, любящих Россию, не могу не признать: такого знатока русской литературы, русской общественной мысли, да и просто человека, понимающего всю нашу историю и современную политическую ситуацию, как ты, право, не знаю. Ты… стал удивительным организатором сближения культур. Стоило бы подсчитать (только кто это сделает?), сколько конференций и на какие темы ты организовал в Риме, Милане, Неаполе, Падуе, Мантуе, Пенне – о Солженицыне, о Сахарове, о Достоевском, Пушкине, Чехове»[66].
«Русская судьба» Витторио Страды удивительна и увлекательна. Итальянский мальчик (родился в 1929 году в Милане в буржуазной семьи среднего достатка) в двенадцать лет прочитал роман Достоевского «Братья Карамазовы». Потрясение его было таково, что он решил выучить русский язык и начал учить его самостоятельно, общаясь с жившими в Милане русскими эмигрантами.
После войны окончил лицей, поступил на философский факультет Миланского университета и одновременно начал работать в журнале «Il Contemporaneo» («Современник»). А в 1957 году Витторио приехал в Москву на Всемирный фестиваль молодежи, пробыл в Москве почти месяц, познакомился с Евгением Евтушенко, Беллой Ахмадулиной, Михаилом Козаковым.
В августе 1957 года Пастернак принял у себя в Переделкино приехавшую на фестиваль итальянскую делегацию во главе с главным редактором журнала «Il Contemporaneo», где Витторио Страда опубликовал большую статью о Борисе Леонидовиче. Статья поэту понравилась. Во время этой встречи Пастернак доверительно сообщил молодому итальянцу, что литературное начальство потребовало от него отказаться от печатания романа «Доктор Живаго» в Италии и без его согласия послало в издательство Фельтринелли телеграмму с отказом. Но издатель должен знать, что телеграмма не имеет никакого значения, и если появятся новые, это значит, они отправлены под нажимом. Роман – дело его жизни, он хочет увидеть его напечатанным.
В ноябре 1957 года роман был издан на итальянском языке. Витторио Страда заподозрили в причастности к этому делу, и он оказался под колпаком КГБ. Тем временем в 1958 году по ходатайству руководства Итальянской компартии Страда был принят в аспирантуру филфака МГУ. Он поселился в общежитии студентов и аспирантов на Ленинских горах. Теперь за ним наблюдали. Зафиксировали его связи с редакцией и авторами «Нового мира» и особенно с преподавателем философского факультета МГУ Эвальдом Ильенковым. Почему с ним? Да потому, что еще в 1955-м статья этого советского философа, посвященная диалектике абстрактного и конкретного, была переведена и опубликована на итальянском языке. Поддержку этой публикации оказал лидер итальянских коммунистов П. Тольятти.
Учась в аспирантуре МГУ, Витторио Страда переводил книгу Ильенкова (еще в рукописи) «Диалектика абстрактного и конкретного». С ведома автора послал текст в миланское издательство Фельтринелли. Последствия не замедлили себя ждать. В партбюро философского факультета МГУ Ильенкова заставили написать письмо в Италию с отказом от издания там книги, объявили ему партийный выговор. На исходе 1950-х службы безопасности жестоко зачищали все проявления инакомыслии в университетской среде.
