Он бывший генерал. В отставке. Этакий Дудаев местного значения. В масштабах района это даже иногда неплохо. Кроме тех случаев, когда плохо…
— Мальчишка! — закричал он, когда я попытался успокоить его и заверил, что милиция принимает все меры. — Щенок! Под суд пойдешь!.. Ты думаешь, что мы с тобой вместе пойдем? Нет, ты один пойдешь… Я тебя сниму с должности! Добьюсь, чтобы сняли! Как я людям объясню, что у нас в городе происходит?
Ну, и так далее… Грубо, но справедливо. Под суд он меня не отдаст и с должности вряд ли снимет из-за этого, но в целом правильно он кричит…
Когда он прокричался и повесил трубку, я посмотрел на притихших офицеров.
— Почему он узнает раньше меня? — спросил я, напуская на себя строгий вид. — Вы только три минуты назад вошли, а глава администрации уже знает обо всем раньше прокурора. Почему? Вы меня подставить хотите?
— Да нет, — почти обиделся Фишер. — Есть просто приказ такой: об убийствах и вообще тяжких преступлениях дежурный по РУВД должен сообщать сразу в приемную главы администрации. Что же мы тут можем поделать? Мы и так сразу к вам поехали…
Полковник не ответил мне. Он сделал вид, что не заметил моих слов. Не оправдываться же ему перед тридцатилетним пацаном, каковым он считал меня с высоты своего возраста и срока службы.
— Ладно, — сказал я. — С Валентиной понятно. Нашли и хорошо… А голова чья?
— Не знаем, — развел руками Макс Рудольфович. — Голова свежая. Экспертиза потом точно скажет, но я вам уже сейчас скажу: свежая она… Обращений не поступало. Никто не исчезал. Опознать пока не удалось.
— Где голову нашли? — поинтересовался я.
— Все там же, на помойке. Возле дома по адресу: Маршала Жукова, три.
— Кто обнаружил и при каких обстоятельствах?
— Вот это даже интересно, — сказал капитан, оживляясь. — Подъехала машина «Москвич» новой, последней модели. Из нее вышел мужчина среднего роста и бросил в помойный бак сверток. После этого сел в машину и уехал.
— Кто это видел? Откуда эти сведения? — быстро спросил я. Это было уже что-то. Какая-то ниточка. Первая в этом деле… Человек среднего роста, машина «Москвич». Хоть за что-то можно зацепиться.
— Видел наш наряд, — скромно опуская глаза сказал Фишер. — Патрульная машина, — он заглянул в блокнот и прочитал оттуда: — В пятнадцать тридцать находившиеся в наряде ефрейтор Галлер и сержант Захаренко увидели вблизи дома номер три по улице маршала Жукова машину марки «Москвич»… Ну, и так далее. Увидели выходящего мужчину, видели, как он бросил пакет и отъехал.
— Почему не задержали? — резко спросил я. Какая глупость на самом деле…
— Не могли, — ответил Макс Рудольфович и замолчал.
— Как это не могли? — спросил я — Двое вооруженных мужиков в погонах и на машине не смогли задержать одного человека?
— Да там… — замялся капитан. — Там у них так вышло… Они подъехали к соседнему дому. В нем живет теща Галлера. Они остановились и пошли к ней. Говорят, хотели квасу попить. Она сделала квас, вот они и решили к ней заехать. Остановили машину и дошли в подъезд. А уже на подходе к подъезду заметили вдалеке у дома напротив все это. Они знали, что нужно следить за помойками. Весь город про это говорит, и их специально утром инструктировали… Каждое утро весь личный состав получает инструкции насчет помоек и прочего. Чтоб следили. Поэтому они сразу решили этого мужика остановить. Но не смогли.
— Почему?
— Они увидели, что он уже отъезжает, и только тогда сообразили. Побежали к своей машине, но они ее далеко от дома поставили. Там лужи перед подъездом, они не хотели машину марать. Вот и остановись далеко. Пока добежали, стали дверцу открывать… Ключ заело. Захаренко ключ сломал в замке. Потому что волновался. Он так объясняет во всяком случае… Когда сели в машину в конце концов, она некоторое время не заводилась. Двигатель старый, давно не перебирали… А когда поехали, той машины и след простыл. Не догнали.
Фишер все сказал и замолчал опять.
— Номер хоть запомнили?
— Какой номер?
— Ну, номер этого «Москвича»? — объяснил я.
— Нет, не запомнили. Говорят, не было времени посмотреть. Спешили, дверцу машины отпирали… Потом заводили… Не посмотрели номер. Машина красного цвета.
— Сейчас все машины красного цвета, — вмешался в разговор полковник. Он был красен и опять вспотел…
— Да, — сказал я. — Замечательно. У нас убийца-маньяк разбрасывает по городу головы убитых, а патрульные милиционеры ездят квас пить, в лужи боятся заезжать… Дверцу собственной машины открыть не могут, ключ ломают при этом… Прекрасно. Хоть в газету помещай!
Было действительно очень обидно. Преступник был уже почти в руках. И вот теперь из-за этих ослов его упустили. Такого случая может долго не повториться.
Пришли следователь и врач-эксперт, который делал вскрытие трупа Валентины.
Некоторое время мы все подавленно молчали. О чем было говорить?
— Мы их накажем, — сказал наконец полковник. — Обоих гадов накажем по всей строгости. Они у меня запомнят тещин квас…
Что теперь было говорить об этом… Такова жизнь.
