Расплата. Цена дружбы полностью

Желудок Андрея среагировал как у собаки, имевшей несчастье подвернуться под руку профессору Павлову. Рот наполнился слюной. Издалека неслись обыкновенные в таких местах, стилизованные под блатату напевы, которые, в большинстве, почему-то создаются и исполняются евреями, как правило, далекими от гоп стопа и тюремных шконок. От соседних столиков в виде нестройного хора летели голоса других клиентов. Бандура напряг слух, и уловил отдельные фразы.

– Вчера в «Отстойнике» зажигали. Чистый отпад. Движение такое, обалдеть…

– Реально? Я вчера в «Шопинг-Центре» висел. Капусты спустил… Так догнался, что трубу потерял.

– Гонишь! Ту, конкретную? За пятьсот баксов?

Со своего места Бандура видел кусок стоянки, забитой такими дорогими тачками, что «Мазда» Милы Сергеевны терялась среди них, как сморчок на утыканной подосиновиками поляне. Вдалеке серела унылая будка конечной остановки троллейбуса, а за ней скорбные силуэты афганцев. С северо-востока, из-за Днепра, набегали обещающие осадки облака, светло-серые сверху и темные, неряшливые к земле. Как будто их специально извозили в грязи.

– Кажется, дождь начинается, – словами Вини Пуха сказал Бандура. Как бы в подтверждение почти что сразу заморосил дождь. Погода решительно портилась. Впрочем, похолодание стимулировало аппетит посетителей кабачка, посыпались заказы на горячительные напитки. Бармену довелось вертеться, как белке в колесе, а официантам удвоить прыть.

– Откуда столько бабла? – поинтересовался Андрей, лишь отчасти озвучивая роль чернорабочего со стройки. – Видели бы мои односельчане, глазам бы не поверили…

– Столица, – бросила Мила.

– Ну, и что с того?

– Про круговорот воды в природе слышал?

– Ну, и каким он боком к этим недоумкам?

– К элите, – поправила Мила.

– Гранат на такую не жалко.

– Все зависит от критериев отбора. – Мила вздохнула. – И вообще, каждому свое. – Она снисходительно улыбнулась. – Ладно. Хватит болтать. Откупоривай шампанское.

– За рулем не пью, – запротестовал Андрей.

– Опасаешься милиции?

– Дело принципа.

– Похвально. – Сказала Мила. – Но, глупо. По чуть-чуть можно. И потом, в центре дорогие машины останавливают редко. А «Шампанское», между прочим, не водка.

В конце концов Андрей согласился, и они, чокнувшись, осушили бокалы. Мила вооружилась ножом и вилкой. Бандура последовал ее примеру. Кушала она так элегантно, что Андрей даже залюбовался.

– Ты потому сегодня опоздал, – заметила Мила, тщательно прожевав отбивную, что города толком не знаешь.

– Не знаю?

– Конечно. Зачем было колесить через Бессарабку, если всего-то следовало выехать на Большую Житомирскую, спуститься по Софиевской на Майдан, а затем, по Институтской… – Мила подцепила маслину. – И все.

– Да? – несколько растерялся Андрей. Кристина никогда не обращала внимания на то, каким путем они едут. Он полагал, что женщины вообще не способны ориентироваться на местности, будь то город, поле, или лес. Андрей вспомнил о Кристине, и его лицо посерело.

– Я куплю тебе карту, – пообещала Мила. Потом, пристально поглядев на молодого человека, и по-своему оценив его состояние, добавила ласково. – Нет. Лучше я сама займусь твоим просвещением.

Сказано это было так, что оставалось гадать, о карте города речь, или о чем-то куда более интересном. Типа Кама сутры. Фраза прозвучала, как не особенно завуалированное обещание, но, Кристина еще была на весах. Вопреки всем физическим законам, потому что мироздание держится далеко не только на них.

– Слушай? Если не секрет? А что мы отмечаем?

– Конец чрезвычайно успешной сделки. – Юлить не имело смысла.

– А тот здоровяк, из-под банка, имеет к ней отношение? – подозрения с новой силой охватили Андрея. Разгадка была где-то рядом. Настолько, что Андрей усомнился, в действительности ли хочет ее найти.

– Почему ты спрашиваешь?

– Не люблю таких…

– Каких?

Пока Бандура затруднялся с ответом, Мила, приветливо улыбаясь, занялась поданными салатами. «Все таки он славный, – размышляла госпожа Кларчук, – и, пожалуй, послан Провидением, хотя я в эти небылицы не верю. Наверное, мне стоит его хорошенько приласкать. В целях приручения, как наверняка бы выразился Вацик». – Подумав о Бонифацком, Мила немедленно припомнила Витрякова и вздрогнула, будто обо что-то уколовшись.

– Что? – сразу среагировал Андрей. – Что-то не так?

– Поедешь со мной в Европу? – неожиданно спросила Мила, именно в эту минуту склонившись к тому, чтобы опрокинуть Украинского. Полковник повис буквально на волоске.

– А мы где?

– В Азии, полагаю.

– А нам географичка на уроках…

– Вот все те, кто в это верит, потом головы ломают, откуда у окружающих столько денег? Так поедешь? В Италию. Или, Бенилюкс. Я еще не решила.

– Поеду, – сказал Андрей, не зная, врет, или говорит правду.