— Добрый день, господин Гегенман, — раздался в трубке мужской голос. — С вами говорит Штейнметц. Мое имя вряд ли вам что скажет. Я не из Гамбурга, и мы лично с вами не знакомы. Но мне хотелось бы сейчас с вами встретиться. Дело в том, что я хотел бы вам кое-что предложить. Это очень выгодное предложение. Но было бы желательно переговорить с вами об этом при личной встрече.
— Если это касается написания статьи или комментария, то я должен вас, господин Штейнметц, разочаровать. У меня нет ни времени, ни…
— Речь идет не о статье и не о комментарии, господин Гегенман, — живо прервал его незнакомец, — речь идет о вашем будущем существовании.
— Как-как? О моем будущем существовании? Да что вы можете знать о нем, когда я сам…
— Кое-что я о нем знаю, потому и хочу с вами встретиться, — произнес твердо и решительно мужчина. — Я буду ждать вас в одиннадцать часов на втором этаже ресторана «Мюлен кампер фархаус». Полагаю, вы знаете адрес. Это в районе Улен Хорст на углу Мюлен Камп и Корнштрассе!
— Да, но как вас…
— Не беспокойтесь, я найду вас сам. Итак, в одиннадцать в «Мюлен кампер фархаус», второй этаж. До скорой встречи, господин Гегенман.
Он произнес это столь решительно, что человек, три минуты назад думавший о самоубийстве, сразу забыл о том, что жизнь его уже не интересует.
Через полтора часа условленная встреча действительно состоялась. Йозеф Штейнметц уже сидел в ресторане «Мюлен кампер фархаус». Однако вид его никак не соответствовал голосу, звучавшему по телефону энергично и властно. Это был мужчина лет пятидесяти, невысокий, склонный к полноте, с круглым лицом, похожий скорее на сельского трактирщика, нежели на человека, способного влиять на судьбы людей.
Но это была лишь видимость, как обычно, обманчивая. Как только Штейнметц заговорил, Гегенман сразу же вновь почувствовал его решительность и властность.
— Садитесь, господин Гегенман, — строго сказал Штейнметц. — Что будете пить? Коньяк? Вино? Пиво?
— Ничего спиртного не хочу — голова болит. Я выпью кофе.
— Несколько необычно для вас, господин Гегенман, — с нескрываемой иронией произнес Штейнметц. — У нас в Аугсбурге говорят, что клин клином вышибают.
— Ну, это говорят не только в Аугсбурге. Но если вы думаете, что голова моя трещит только от вина, то вы ошибаетесь.
— Я не хотел вас обидеть, господин Гегенман. Кофе так кофе. Это не принципиально. Главное, на чем мы с вами сойдемся.
— Я тоже так считаю и потому слушаю вас, господин Штейнметц.
— Хорошо, тогда я приступаю к делу. Я сотрудник международного экономического института в Аугсбурге и приехал сюда специально, чтобы пригласить вас работать в этом институте…
— Не понимаю, почему ваш выбор пал на меня.
— В этом нет, господин Гегенман, ничего удивительного. Просто мы узнали, что истекает срок вашего договора с агентством «Дер норд шпигель», и вот я здесь.
— Вы хорошо информированы. Вам даже известно, когда истекает срок моего контракта.
— Скажите прямо, если договор с вами будет расторгнут, можем мы рассчитывать на сотрудничество с вами?
— На какое сотрудничество, позвольте вас спросить?
— Наш институт, господин Гегенман, хотел бы поручить вам подготовку материалов о некоторых государствах Юго-Восточной Европы. Прежде всего речь идет об экономических вопросах, но, разумеется, со всеми вытекающими отсюда политическими аспектами.
— Не совсем понятно. Нельзя ли поподробнее?
— С удовольствием сейчас вам все объясню… Насколько нам известно, вы принадлежите к тем журналистам, которые занимаются преимущественно экономическими вопросами. Так?
— Да, так.
— Теперь… В процессе своей работы вы собираете самый различный фактический материал. Ну, например, вы собираетесь написать статью о строительстве плотины. Вы собираете материал об этом как на месте ее строительства, так и в разных организациях, которые эту стройку проектируют и финансируют. Определенную часть того, что вы выясните, вы используете для своей статьи, но кое-что, разумеется, остается неиспользованным. Наш институт интересуют все данные, включая те, которые вы не используете при написании статьи. А также те, которые вы при сборе материалов найдете специально для нас. Эти данные вы можете позднее подать в виде сводки и получить вознаграждение согласно договору. Разумеется, это будет касаться различных областей экономики того или иного государства.
— Я начинаю кое-что понимать, господин Штейнметц. Но эта работа предполагает регулярное посещение государств, о которых я буду писать.
— Разумеется. Вы постоянно обосновываетесь где-нибудь, ну, скажем, в Вене, и оттуда ездите то в одну, то в другую страну по соседству. Мы рассчитываем на то, что вы будете продолжать свою обычную журналистскую практику и писать статьи и комментарии для некоторых немецких газет и журналов.
— Вот это я не очень понимаю, господин Штейнметц. Я буду сотрудником вашего института или корреспондентом? Кто будет оплачивать мое пребывание в Вене? Мои поездки в страны?
— Разумеется, наш институт. Гонорары за статьи были бы довеском к зарплате.
— Интересно… Еще один вопрос…