"Природный эксперимент" австралинейских "альтернативных млекопитающих" часто иллюстрируется серией картин, каждая из которых сопоставляет австралинейское сумчатое с его более знакомым плацентарным аналогом. Но не все экологические двойники напоминают друг друга. Похоже, нет плацентарного эквивалента поссума-медоеда. Легче понять, почему нет сумчатого эквивалента китов: действительно, кроме трудностей обращения с сумкой под водой, "киты" не могли быть объектом изоляции, которая позволила австралийским сумчатым эволюционировать обособленно. Подобные рассуждения объясняют, почему нет сумчатых летучих мышей. И хотя кенгуру могли быть описаны как австралинейский эквивалент антилоп, они выглядят совсем по-другому, потому что большая часть их тела построена для необычного прыгающего аллюра на двух задних ногах с массивным уравновешивающим хвостом. Тем не менее, по питанию и образу жизни ряд из 68 видов австралинейских кенгуру и кенгуру-валлаби соответствует ряду из 72 видов антилоп и газелей. Наложение не безупречно. Некоторые кенгуру ловят насекомых, если есть возможность, а ископаемые свидетельствуют о большом хищном кенгуру, который, наверное, был ужасным. Существуют плацентарные млекопитающие за пределами Австралии, которые прыгают на манер кенгуру, но это главным образом маленькие грызуны, вроде прыгающего тушканчика. Африканский долгоног – также грызун, не настоящий заяц, и является единственным плацентарным млекопитающим, которого можно было бы по-настоящему принять за кенгуру (или скорее за маленького кенгуру-валлаби). Действительно, мой коллега доктор Стивен Кобб, когда преподавал зоологию в Университете Найроби, был удивлен, встретив взволнованные возражения своих учеников, когда он сказал им, что кенгуру ограничены Австралией и Новой Гвинеей.
Уроки "Рассказа Сумчатого Крота" – о значении конвергенции в эволюции, реальной конвергенции в прямом направлении, а не объединении на пути назад, центральной метафоре этой книги – будут подняты в заключительной главе, "Возвращении Хозяина".
Часть 15
16. Рандеву 16. Завропсиды
Рандеву 15. Однопроходные
Рандеву 15 происходит примерно 180 миллионов лет назад в полумуссонном, полузасушливом мире нижней юры.
Южный континент Гондвана еще едва соединялся с северным континентом Лавразия - впервые за время нашего обратного путешествия мы обнаруживаем все значительные участки суши собранными в сплошную "Пангею".
В прямом направлении времени раскол Пангеи должен был иметь эпохальные последствия для потомков Сопредка 15, вероятно, нашего прародителя в 120 миллионном поколении. Наше рандеву - довольно асимметричное событие.
Новые пилигримы, присоединяющиеся к остальным млекопитающим, представлены только тремя родами: утконос,
Все три рода вместе известны как однопроходные.
Несколько рассказов уже развили тему островов-континентов как колыбели крупных групп животных: Африка для афротериев, Лавразия для лавразиотериев, Южная Америка для неполнозубых, Мадагаскар для лемуров, Австралия для большинства современных сумчатых. Но все более похоже на то, что был еще один гораздо более ранний раскол среди млекопитающих. Согласно одной обоснованной теории, задолго до гибели динозавров млекопитающие раскололись на две главных группы, называемые австралосфенидовыми и бореосфенидовыми. Австрало, снова же, значит не австралийский, а южный. А борео значит северный, как в aurora borealis - северное сияние. Австралосфениды были ранними млекопитающими, эволюционировавшими на великом южном континенте Гондвана. А бореосфениды эволюционировали на северном континенте Лавразия, в своего рода раннем воплощении задолго до эволюции лавразиотериев, которых мы знаем сегодня. Однопроходные - единственные выжившие представители автралосфенидовых. А остальные млекопитающие, звери (
