Я так устала от тишины, и меня распирает от любопытства, поэтому первое, что я говорю ему, с тех пор как он схватил меня, это:
— Куда мы едем?
Я надеюсь, что мой вопрос уничтожит неловкость, державшуюся до этого момента.
— МЫ не едем никуда, — резко говорит он. — А вот ТЫ едешь домой.
Он вытаскивает телефон из кармана и, управляя автомобилем одной рукой, подносит его к уху.
— Финник, ты дома? — я сижу, вжавшись в кресло, стараясь не подавать никаких признаков своего присутствия. Просто тихо слушаю.
— Эвердин решила удостоить Капитолий своим визитом.
— В таком смысле, что она у меня в машине.
— Нет, ты же знаешь, что сегодня я не могу. Забери её вещи, откуда она скажет, и посади на первый поезд до Двенадцатого.
— Всмысле они ходят не каждый день? Тогда прошу тебя, увези её подальше и проконтролируй, чтобы не высовывалась.
— Да, — повторяет он в трубку, и я могу лишь догадываться, о чем может идти речь. — Встретимся у парадной.
Машина несётся на огромной скорости, и огни Капитолия так и мелькают за окном. Пит сворачивает к громадному зданию и проезжает пост охраны. Лужайка перед домом вся заставлена машинами. Он втискивает свой чёрный автомобиль между деревом и чьим-то мотоциклом, а затем грубо вытаскивает меня за локоть.
— Может уже хватит меня тащить, — вырываюсь я, но, кажется, мои слова на него не действуют.
— Привет, Китнисс, — произносит Финник Одэйр, словно мы знакомы всю жизнь, а не видим друг друга впервые.
— Привет, Финник, — в тон ему отзываюсь я, хотя чувствую себя неуютно. Парень как-то чересчур открыт, на нем лишь домашние мягкие брюки, а загорелое тело украшает кожаный шнурок с висящим на нем то ли акульим зубом, то ли куском ракушки.
— Я, конечно, не из тех, кто подвергает сомнению обоснованность твоих поступков, — говорит Пит другу, — но, надеюсь, что в этот раз я могу положиться на тебя?
Он практически вручает меня в руки Победителя из Четвертого, открывает дверь автомобиля и вновь уезжает.
Ни здравствуйте, ни до свидания.
Кажется, это задание будет сложнее, чем предполагалось, если я даже разговор завязать с Питом не в состоянии.
Финник медленно поворачивает голову и окидывает меня оценивающим взглядом с головы до ног.
— Почему Мелларк считает тебя занозой в заднице?
Я могу лишь пожать плечами.
— Не имею представления. По крайней мере, раньше он так не считал.
Финник смеется.
— Выступаешь ли ты против мужчин с обнажённым торсом?
— Зависит от торса, — нахожусь я, и Победитель довольно кивает.
— У тебя есть раздражающие привычки?
— Нет, но судя по реакции нашего общего друга, я сама могу раздражать не меньше, чем самая худшая привычка.
— Ты готовишь?
— Только когда есть необходимость, — он это сейчас серьёзно?
— За собой убираешь?
— Наверное, лучше, чем ты, — говорю я, взглянув на его штаны, об которые кто-то недавно вытер руки или что-то типа того.
— Слушаешь громко музыку?
— Нет, но иногда я пою, — меня начинает забавлять наш шутливый диалог.
— Хорошо, — отвечает он и зовёт меня рукой идти следом. — Думаю, ты можешь остаться.
— Получается, я сейчас типа собеседования прошла? — Недоуменно спрашиваю я, шагая следом.
— Где твои вещи? — Игнорируя мой вопрос, интересуется Финник.
— У меня в руках.
Он разглядывает мою небольшую сумку, а затем переводит взгляд обратно на меня.
— И это все? — недоуменно спрашивает он. — Одна маленькая сумка.
— Мне много не нужно, — отвечаю я.
— Очевидно, что тебе необходимо сегодня где-то остановиться, а у Пита есть свободная комната.
— Я не могу остаться здесь, — произношу я, делая пару шагов назад и качая головой. — Ты же слышал его. Мелларк меня убьёт.
— Не убьёт. Поверь мне, он громко лает, но не кусается, а утром тебе даже не придется далеко ходить, чтобы все объяснить. Причины твоего приезда я спрашивать не буду.
Финник заносит внутрь мою поклажу, бросает её на кресло и широко разводит руками.
— Располагайся, — он разворачивается и идёт к двери, напоследок добавляя, — если что, моя квартира по коридору налево. Я тебя закрою внутри, поэтому, если понадоблюсь, воспользуйся телефоном. Внутренний номер — 18.
Слышу, как в замке поворачивается ключ, и я остаюсь одна.
Прохожу внутрь и осматриваюсь.
Спустя двадцать минут я понимаю, что квартира Пита не даст мне никакого намека на то, кем он сейчас является.
Ни картин на окрашенных краской светлых стенах, ни фотографий. Даже массивный дубовый стол, который разделяет кухню и гостиную, ничем не украшен. Это так не похоже на прежнего Мелларка.
Я немного расстроена, что после свободного доступа к осмотру его квартиры, единственный вывод, к которому я прихожу, это то, что он трудоголик, и у него либо полностью отсутствует время, либо вообще нет вкуса в интерьере. Паршивый же из меня тайный агент.
Я перестаю осматривать гостиную и иду на кухню. Открываю холодильник, но там практически ничего нет. Коробка с яйцами, несколько пачек с готовой едой, апельсиновый сок. Холодильник пустой, печальный и такой холостяцкий.
Заглядываю внутрь шкафчиков. Специи, пачка макарон. Вот это совсем странно. Он не готовит и не печёт.
