Преподаватель какого-то гуманитарного предмета, кажется, истории или философии, однажды сказал нам на практическом занятии:
— Вы когда-нибудь видели дурака, который прочёл все тома сочинений Ленина?
— Нет, — отозвались мы.
А он грустно ответил:
— Так смотрите, он перед вами.
Он был спокойным и нудным и любил говорить, что пары у нас проходят «в’яло».
Пара в центральном корпусе, какой-то филологический предмет, и ведёт его молодая и симпатичная то ли практикантка, то ли преподаватель. Заметно, что опыта у неё нет, и в чисто мужском коллективе она смущается. Среди пары её куда-то вызывают, и она, видимо, памятуя ещё всё, чему её учили, даёт нам задание (ну, чтобы мы не скучали) составить как можно больше слов из слова «электрификация». Лучше бы она этого не делала. Когда она вернулась и стала проверять задание, на неё посыпались всяческие интересные слова.
С задних рядов послышалось слово «фрикция». Она промолчала, но щеки порозовели. Дальше — больше. «Эрекция». «Клитор» (хотя там и нет буквы «о») — она уже не на шутку покраснела. «Целка» — её даже стало жалко. И снова «эрекция»! На что она только и смогла тихо выдавить:
— Было уже…
Больше мы в такую игру не играли.
Так как наша специальность называлась «физика и информатика», больше всего у нас было занятий по физике. Там тоже порой происходило нечто забавное.
На лабораторных занятиях по методике преподавания физики лаборантом был дед, с выправкой отставного сержанта, бывший военный.
Однажды Григорий громко попросил у него «щель». Подразумевалась дифракционная щель, конечно же. Лаборант ответил:
— Для тебя — даже две. И на всю ночь, — и гыгыкнул.
Однажды, то ли на первом, то ли на втором курсе, у нас была лабораторная работа по методике преподавания физики, причём это была последняя пара после физкультуры. Все были жутко уставшие и голодные. Занятие было посвящено электричеству. Преподаватель Геннадий Александрович выдал Сане, Жеке и Максу приборы для проведения опыта, в том числе огромный миллиамперметр (такие часто применяются в школьной программе). Саня мрачно сказал:
— Смотрите, если миллиамперметр таких размеров, тогда какой амперметр?
Потом он глубокомысленно добавил, что гигантских размеров амперметр хранится в единственном экземпляре в Академии Наук. Так как им хотелось поскорее разделаться с заданием, они недолго думая умудрились воткнуть напрямую амперметр в розетку на 220 вольт. Стрелка прибора дёрнулась в конвульсиях и согнулась. Подошёл Геннадий Александрович, стал хмуриться и сетовать, мол, как это до такого додуматься можно было, забрал амперметр и унёс в кладовку. Однако горе-экспериментаторам это сошло с рук, возможно, потому, что отец Сани был старым знакомым Геннадия Александровича.
Другая пара, лабораторная работа по физике. На закрытой доске кто-то (не из нашей группы) написал: «Открой, лох». С гримасой отвращения преподаватель открыл доску и увидел на основной доске надпись: «Закрой, лох». Он быстро закрыл доску, но вся группа уже смеялась. Жеку за то, что он смеялся громче всех, отправили за мелом. А преподаватель добрые полпары разъяснял нам, какие сейчас студенты быдло и т. п.
Третья пара, практическое занятие по теоретической физике. Преподаватель начертил задачи на доске, мы решаем, а он нервно ходит и зыркает. Вдруг подлетает к кому-то из наших, выхватывает у него шпаргалку и орёт:
— Обман! Обман везде! Обман в институте! Обман на государственном уровне!
Вот такое у него было в тот день настроение.
На каком-то практическом занятии по математике преподавателя заменял некий тип, который совсем не смыслил в предмете. Совсем ни черта. Проверяя домашнее задание, этот преподаватель поднял с места Руслана и спрашивает, мол, ну и какой результат в задаче?
Руслан тоскливо смотрит на всех, и ему шёпотом подсказывают: «Да скажи ты любое число!»
Ну, он и ляпнул любое («42!»), этот тип с умным видом задумался и говорит:
— У аудитории есть возражения?
Все:
— Нет! Нет!
— Садись, хорошо.
И на этой же паре вызвал он к доске Игоря. Тот начал решать задачу, чертил там какую-то ерунду, формулы какие-то с потолка писал (все уже поняли, что этот тип всё равно ничего не понимает), закончил. Тот смотрит на доску, поворачивается:
— Есть у кого вопросы?
Игорь уже довольный и мел положил, как тут Рома с места:
— У меня есть!
Надо было видеть лицо Игоря…
Однажды Сергей попросил меня написать программку для зачета по информатике, долго упрашивал, и, наконец, я сдался и уточняю:
— На каком языке надо писать?
Сергей подумал и ответил:
— Ну, на украинском, наверное.
