Рассказы полностью

— Верно, — сказал я. — Настоящий узел палача просто сломал бы уроду шею. Вот так, — я щелкнул пальцами. — Но люди хотели, чтобы Джетро поплатился за содеянные преступления, поэтому использовали скользящий узел, который задушил бы его медленно. Его не связывали, а просто набросили узел ему на шею, затянули и перебросили другой конец веревки через горизонтальную ветку дуба на углу площади. Затем подтянули его кверху. Как только его ноги оторвались от земли, веревку привязали к стволу и просто наблюдали. Он танцевал и извивался, брыкался, раскачивался и дергался. В процессе обоссался и обосрался.

— Какая прелесть, — пробормотала Дженнифер.

— Наконец, он затих. Просто безвольно покачивался, и все решили, что он мертв. Завязался спор. Одни хотели оставить его висеть, чтобы весь город мог утром насладиться видом. Другие говорили, что веревку необходимо перерезать из уважения к дамам, поскольку на нем не было ни клочка одежды. Они еще не успели прийти к соглашению, когда Джетро внезапно заревел. Его руки взлетели вверх. Он схватился за веревку и, перебирая руками, полез по ней к ветке, на которой его подвесили. Парни застыли от изумления. Но Дэниел Гатри, потерявший дочь из-за этого психа, рванул вперёд, и ухватил Джетро за ноги. Под его весом гробовщик выпустил веревку из рук. Они упали. Когда оба ударились о землю, голову Джетро начисто срезало веревкой. Гатри слез с тела и прежде чем кто-либо успел его остановить, схватил голову могильщика и убежал. Останки Джетро отвезли в покойницкую. Когда на следующее утро взошло солнце, на дубе не хватало горизонтальной ветки. Кто-то спилил её ночью. Конечно, это был Гатри. Вскоре он поставил новое пугало на своем кукурузном поле. На этом поле, — добавил я.

Дженнифер оглянулась через плечо.

— Это оно?

Я кивнул.

— Ага. Оно выглядит так же, как и любое другое пугало, одетое в комбинезон и старую рубашку, набитую соломой, с соломенной шляпой на голове. Но его остов сделан из той дубовой ветки. А голова раньше принадлежала Джетро Сиру.

Верхняя губа Дженнифер дрогнула.

— Ему бы не позволили оставить голову, правда?

— Ты шутишь? Никто не хотел связываться с Гатри. Так что пугало осталось на месте, как и голова Джетро.

— И она еще…?

— От нее остался только череп, — сказал я. — Семья Гатри всё еще владеет фермой. Они ухаживают за пугалом, одевают и набивают. Я не знаю, кто впервые назвал его Палочником, но название прижилось.

— Засело насмерть, — скаламбурил Джо.

— И раз в год — так гласит легенда — в ночь на двадцать шестое июля, в годовщину своего повешения, Палочник выходит на прогулку. Он бродит по полям в поисках красивых молодых женщин, чтобы убить их.

— Угу, — Дженнифер повернулась и посмотрела назад. — У него действительно череп Джетро?

— Череп точно его.

— Ну, конечно.

— Дженнифер не проведёшь, — ухмыльнулся Джо.

— Я не слепая. Голова чучела слишком велика для черепа.

— Ты смотришь на джутовый мешок, — сказал я ей.

— Череп был виден с дороги, и было слишком много жалоб, — объяснила Болтушка Сью.

— Череп Джетро накрыт мешком, — сказал я. — Но он там, насаженный на дубовую палку.

— Что-то не верится.

— Пойди и посмотри, — сказал я.

— Как же. Ты что, за идиотку меня принимаешь?

— Испугалась? — спросила её Болтушка Сью.

— Чего? Старого пугала?

— Палочника, — сказал я. — Ты боишься, что всё рассказанное правда, и он схватит тебя.

— Мне не нужно ни на что смотреть. Я знаю, что всё это небылицы.

— Ничего ты не знаешь. Вот что я тебе скажу, — я вытащил бумажник из джинсов, открыл его, вынул двадцатидолларовую купюру и показал ей. — Спорим на двадцатку, что у тебя кишка тонка пойти и посмотреть, есть ли череп под мешком.

— Давай, если не слабо, — подбивал её Джо.

— Эй, да ладно вам, ребята, — сказала Болтушка Сью. — Если с ней что-нибудь случится…

— Не волнуйся, — сказал я. — Она не собирается никуда идти. Она смелая только когда пытается стебать нас и называть лжецами, а на деле та ещё трусиха.

— Смелость тут ни при чем, — запротестовала Дженнифер. — Просто это глупо.

Я помахал перед ней купюрой.

— Что здесь глупого? Я понимаю, что двадцать баксов — это чепуха для такой большой телезвезды, как ты, но это двадцать баксов. Неплохая плата за небольшую прогулку по кукурузному полю.

— Не нужна мне нужна твоя двадцатка.

— А если мы пойдем с тобой? — спросил Джо.

— Я не выйду из машины, — сказала Болтушка Сью. — И ты меня здесь одну не бросишь, — погрозила она кулаком в сторону Джо.

— Давай пойдем вместе, — предложил я.

— Понятное дело. Только ты и я? Тебе же это в радость.

— Сомнительная радость.

— Само собой, — Дженнифер покачала головой. — Всё это, не что иное, как уловка с целью остаться со мной наедине.

— Нет. Я останусь в машине, если ты так хочешь.

— Я не хочу делать это за твои жалкие двадцать долларов.

— Сюрприз-сюрприз, — развел я руками.

— Но я это сделаю.

На этот раз я действительно удивился.

— Не надо, — предупредила её Болтушка Сью.

— Я сделаю это при одном условии.

— Давай, жги, — сказал я.