– Все верно, – сказала она, на шее у нее висели очки на шнурке. Она надела их для солидности и посмотрела в монитор. – Вы взяли НАТЕ в аренду на неделю, и теперь у вас просрочка платежа. Но вы не переживайте, это все мелочи, вам нужно просто сдать брикеты с ВВМ, и мы реструктурируем долг.
– Какие брикеты?
Люся посмотрела на Гурова поверх очков.
– Вам же выдали специальные контейнеры для брикетов?
– Кого?
– Подгузники вам выдали?
– Ну да.
– В задней части корпуса у НАТЕ есть отверстие, из которого выходят брикеты – они нужны нам для исследований. Это концентрат вашего гнева. Вы должны были их собирать.
Гуров почувствовал, как задыхается.
– Но мне… мне никто не сказал.
– Как это – не сказал? Вам выдали инструкцию! Это условия договора: мы даем вам в аренду сложнейшую аппаратуру, а вы в ответ обязуетесь принести результат.
Гуров молчал. Люся качала головой.
– Расторгнуть договор не получится, долг слишком большой, но мы готовы пойти вам навстречу. Сегодня вы должны – она еще раз сверилась с компьютером – 964 тысяч Маяков. Это много, но если мы реструктурируем долг и вы будете каждый день приносить нам по 120 тысяч Маяков, то уже через год будете свободным человеком.
– Простите, вы сказали «Маяков»?
– Да, ВВМ – это сокращение от «Владимир Владимирович Маяковский». Гнев и ярость мы измеряем в Маяковских. Это универсальная единица измерения, ее придумал Федор Иваныч Шпиль, основатель фирмы. Он заметил, что чтение стихотворения Маяковского «Нате!» всегда дает одинаковое количество энергии ярости, вне зависимости от личности чтеца. Удобная единица измерения.
– Да, удобная, – глупо сказал Гуров. – А как я буду приносить вам 120 тысяч… эм-м-м… Маяков?
– Ну, тут уж каждый сам решает. Можно, конечно, 120 тысяч раз прочесть малышу стихотворение «Нате!», но практика показывает, что это физически невозможно сделать за день. Обычно бытовая ярость гораздо эффективнее.
– Бытовая ярость?
– Да. Если наорать на ребенка, он выдаст вам целый брикет ВВМ, прямо в подгузник. Для удобства подсчета мы можем дать вам умные часы, у них есть встроенный счетчик.
– То есть чтобы отдать долг, я должен орать на ребенка?
– Да, практика показывает, что это довольно эффективный метод. Вы орете, он перегоняет вашу ярость в ВВМ, все довольны. Вот, дайте руку, – она взяла Гурова за запястье и надела на него громоздкие уродливые часы с экранчиком. – Попробуйте.
– Что?
– Наорите на него, – Люся кивнула.
Гуров смотрел на младенца, тот блаженно спал у него на руках.
Люся закатила глаза.
– Да ладно вам стесняться, он не живой, обычный андроид. Смотрите, – она ткнула пальцем малышу в глаз, тот зажмурился как живой и заскулил. Гурову это не понравилось. – Его специально сделали милым, это часть эксперимента, – сказала Люся. – Давайте, прочистите горло, наберите воздуха в легкие, и-и-и-и. Я по лицу вашему вижу, у вас большой опыт в этом деле. Вы же часто орете на людей.
– Ну, я…
– Если стесняетесь, я могу отвернуться.
– А обязательно орать на него прямо сейчас?
– Нам нужно откалибровать часы со счетчиком.
Гуров посмотрел на часы, затем на младенца.
– Прости, малыш, я должен на тебя на орать, – сказал он и даже открыл рот, чтобы выругаться, затем осекся и поднял взгляд на Люсю. – А все же, не могли бы вы выйти, я как-то стесняюсь, ну, на людях.
– А зря, если орать на него на людях, он производит еще больше материала, быстрее долг отдадите.
– Правда?
– А вы попробуйте.
– Ладно, – Гуров снова набрал воздуха в легкие. – Прости, прости, пожалуйста.
– Да перестаньте извиняться, начинайте уже. Я не могу тут с вами целый день. Ну что за неженка, ей-богу, на ребенка наорать духу не наберется. Как вы долг-то отдавать собираетесь с таким настроем?
Гуров чувствовал, что совершает ужасный поступок, но все же:
– Ну что, доволен? – спросил он у малыша. – Маленький засранец! Ты у меня всего неделю, а я уже в жопе! Просто охренеть! – Ярость подступила к горлу как рвота, жилы вздулись на шее, Гурова понесло. – ОХРЕНЕТЬ ПРОСТО, СЛЫШИШЬ! ВО ЧТО ТЫ МЕНЯ ВТЯНУЛ, МАЛЕНЬКИЙ СЛЮНЯВЫЙ ГАДЕНЫШ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!! НЕНАВИЖУ!!!
Лицо малыша сморщилось, он зарыдал в голос, завыл. А часы Гурова издали звук – пилик-пилик!
– Вот видите! Работает. – Люся взяла Гурова за запястье, посмотрела на экранчик часов. – Ого, 50 000 Маяков! Отличный результат! Вам нужно просто три раза в день орать на него на людях, так вы долг отдадите за месяц! Попробуйте накричать на него на детской площадке, результат вас поразит.
Домой Гуров шел с болью в сердце, ему было тошно и мерзко от самого себя. Малыш теперь смотрел на него с ужасом, и Гуров не мог выдержать его взгляд.
– Ты просто кукла, обычный андроид, ты не человек, – бормотал он, пытался убедить самого себя. Возле дома, на районе, была площадка – с песочницей, шведской стенкой и качелями. На лавочках рядом сидели три мамы, пока их дети бегали кругами, играли в лапту, раскачивали друг друга на качелях.
Гуров подошел, сел на соседнюю лавочку, мамы заметили его и умилились: отец гуляет с младенчиком на руках, идиллия.
– Какой милый. Как его зовут? – спросила одна из мам.
