Совенко показал Гурову раззявленную пасть рюкзака – внутри лежал младенец, такой же, как у Гурова и Совенко.
– Эй! – Совенко склонился над гопником, похлопал его по щекам. – Да очнись ты, мудень, это у тебя откуда?
Спустя десять минут они все вчетвером сидели в придорожном баре со странным названием «Выдра и шаурма». Первый гопник тер огромную шишку на голове.
– Прости, братан, – сказал Совенко, – я ж не знал. Вы тоже по электричкам пошли, да?
– Ну, – гопники переглянулись, – ходим, злим людей, потом по башке – и доим их.
– Ишь! – Совенко посмотрел на Гурова, – не одному мне, видать, эта идея в голову пришла.
– Да мы всякое пробовали, – сказал второй гопник. Его звали Савелий, он прижимал к пробитой голове замороженную курицу, которую Гуров купил ему в ближайшей «Пятерочке» в знак примирения. – А потом поняли, что больше всего мерзоты в электричках, концентрат подавленной яростной дури.
– И давно вы этим промышляете?
– Ну как, второй месяц, да, Колян? Это не единственный наш «заработок», по ночам мы в соцсетях сидим, пишем душные комменты, травим незнакомых женщин, дикпики шлем. Ужасно стыдно такой херней заниматься, но что поделать, долг-то надо отдавать.
– И как – отдается?
Гопники синхронно переглянулись, вздохнули.
– Потихоньку отдается, но проценты все, сука, сжирают.
– Ясно. Не вариант, значит, ни в электричках, ни в соцсетях.
– Не вариант, но мы ничего лучше не придумали.
Над столом повисла тоскливая тишина, вдали на путях грохотала проезжающая электричка. Совенко выложил на стол своего малыша, положил рядом еще трех, долго смотрел на них, и тут его складчатое лицо озарилось улыбкой.
– Господа, мне кажется, нас с вами свела сама судьба! Вы про сетевой маркетинг слышали? Нет? А про МММ?
Офис сняли где-то в промзоне по дешевке, денег совсем не было, пришлось продать кое-что из мебели и напечатать объявления. Костюм купили в секонд-хенде, он был явно не по размеру, Гуров не мог застегнуть пуговицы на животе и боялся, что если глубоко вдохнет, то пиджак разойдется по швам, поэтому старался не дышать. Он подстригся, побрился и все утро тренировал перед зеркалом улыбку. Они как-то сразу договорились, что встречать клиентов будет именно Гуров: вид у него получше, почище, не постарел еще под бременем долга.
– Мы исследовательский институт, – репетировал он перед зеркалом, – изучаем ба… ба… базовые эмоции человека, проводим испытания опытного образца.
Сегодня был первый день, Гуров ужасно нервничал. План был простой – найти лохов и свалить свой долг на них, и доить их, пока не надорвутся. Он подошел к кроватке, посмотрел на малыша, и ему показалось, что тот подрос. Они вообще растут, такое возможно? Он же вроде андроид или типа того. Но да, волос на головке чуть больше, да и тяжелый он стал какой-то.
– Ну что ты на меня смотришь? Сегодня я тебя отдам, передам другому лоху. И он поможет отдать мне долг. Все это очень затянулось.
Малыш смотрел на него жалобно, словно понимал.
– Я тоже не хочу, но я больше не могу, понимаешь? Я не вывожу, не могу, и все, так будет лучше. А что ты хочешь? Чтобы я на тебя орал? Я не могу, мне тяжело. Забавно, правда? Я пошел по объявлению, чтобы избавиться от привычки срываться на людей, – и, выходит, помогло? Просто не могу больше кричать, нет сил. Только спать хочется, и все.
В дверь позвонили, Гуров был уверен, что это Совенко, поэтому страшно удивился, когда увидел на пороге Настю.
– Ого, нарядный какой, – сказала она. – Жени-и-и-их. На свидание собрался?
Гуров не нашелся с ответом.
– Трудовая книжка, – сказала Настя.
– Что?
– Трудовая книжка, ты сказал, что нашел ее.
– А, прости.
Было очень неловко, он совсем забыл, что нашел ее трудовую книжку, и вот она пришла – за книжкой. И ее возвращение в дом как-то больно отозвалось в его теле, он как будто вернулся во времена, когда они еще жили вместе.
– Проходи, сейчас.
– Ты какой-то замученный, похудел, что ли, все в порядке?
Он промычал что-то в ответ и отправился в спальню, искать книжку. Черт, да где же она, была же здесь, на тумбочке. Затем все же нашел – и расстроился еще сильнее. Сейчас отдаст, и она уйдет. Он положил книжку в карман и продолжал делать вид, что ищет и не может найти. В этом не было смысла, но ему просто хотелось, чтобы Настя задержалась подольше, а попросить он стеснялся.
И малыш стал издавать звуки, словно бы заскулил. Часы пиликнули: 1000 ВВМ. Гуров смотрел на экран и не мог понять – он не испытывал ярости, это было что-то другое. Но тогда откуда ВВМ?
Настя вошла в комнату.
– Что это было? – и тут же увидела кроватку. – Господи боже! – Подошла, взяла малыша на руки и начала укачивать, малыш успокоился. – Откуда он у тебя?
Гуров растерялся.
– Эм, я… я нашел его.
– Что?
– Ну, мне его подбросили. Я это… как раз вот хотел отнести его обратно.
– Куда – обратно?
– Ну, куда относят детей? Я не знаю.
Настя села на кровать, посмотрела на ребенка. Часы Гурова снова пиликнули: 10 000 ВВМ. На что он реагирует? Гуров не чувствовал ярости, он чувствовал тоску, скучал по Насте.
