— Лучший! Я была в аналогичном в Дели, наш куда красивее, и ведь это при северной природе. Главное, наш удобнее. Тут много всяких приятных мелочей, которые ты еще увидишь. А детские ареалы какие! Целые джунгли с массой развлечений.
Дина хвасталась комплексом так, как будто сама лично его проектировала. Может, и участвовала на правах добровольной работы? Вроде, садово-парковый дизайн в списке ее интересов не значится. Я залез в комм; нет, в проекте Дина не участвовала, только в городских дискуссиях было много ее комментариев на эту тему. Судя по всему, она поняла, что я ищу, и пояснила:
— Я была в инициативной группе. Ведь я уже два года в совете «Электрона», ну а «Электрон» — одна из крупнейших коммун города. У нас все еще полторы тысячи человек служат. Мы и выдвинули инициативу по созданию такого комплекса, ну и пробивали ее. В строительстве участвовало более двухсот добровольцев, ресурсы нам совет Дуги согласился выделить; это связано с тем, что Кузин менее привлекателен для поселения, чем Челябинск и Свердловск, а ведь он почти в центре, и здесь Дуга проседает.
— Люди всегда тянутся к крупным городским центрам, — подтвердила Марси, — хотя в наше время место жительства скорее связано со службой и работой.
Она отчего-то снова погрустнела. Мы вернулись к мужчинам.
Встреча удалась на славу. Мы ели хрустящие колбаски, пили пиво и новейший напиток «хрусталь», тающий во рту; мы разговаривали. Костя много рассказывал об очистке почвы, о том, как он пытается внедрять свой собственный разработанный метод, какие-то идиоты постоянно мешают, но ему, Косте удается всех убедить и повести за собой; заодно о том, что сейчас нащупан наконец глобальный подход к антирадиационной очистке, и вскоре купола будут снимать — возможно, снимут их и в нашем городе, где они поставлены вокруг бывшего озера Обувная Фабрика (а оно, в свою очередь, образовалось на месте уничтоженной взрывом древней обувной фабрики), а также в Ленинском районе. О методах антирадиационной очистки Костя рассказывал так увлекательно, как будто сам же их и придумал.
Но больше в центре внимания, конечно, была Дина: не потому, что она туда лезла, а потому что всем нам особенно интересно было послушать о Кузине, а Дина была его душой. Ник тоже, как и все, немного участвовал в управлении городом, и временами они с Диной и Беном вступали в непонятные окружающим споры, и даже кидались инсайдерскими шуточками и словечками, непонятными иногородним. Ведь все мы, остальные, к сожалению, уже давно не были кузинцами, не знали о том, что происходит в родном городе. А он только хорошел и рос, казалось нам — но мы понятия не имели о сложностях и баталиях, которые сопровождали этот рост и эти улучшения. Несмотря на работу в Совете, Дина не была освобождена и от Службы на заводе, освобождались только члены Советов выше регионального уровня, помимо этого, у нее были еще хобби — рукоделие и танцы, на почве танцев, на каком-то крупном конкурсе они и сошлись с Беном. И даже продемонстрировали нам зажигательное танго под музыку по настойчивой просьбе Ника.
Марси спросила Бена, не тяжело ли ему жить в нашем ну очень умеренном климате. У нас ведь именно потому до сих пор и мало африканцев, индусов. Но Бен пояснил, что его семья давно уже жила в Европе, он вырос в Саарланде, так что переход к континентальному климату дался ему хоть и тяжеловато, но терпимо — снег зимой имеет свои преимущества. Ну а служить энергетику можно где угодно. Они с Диной взвесили все за и против и переехали в Кузин.
— А мои родители в итоге вернулись в Гватемалу, — поделилась Марси, — прожили здесь несколько десятков лет, но потом все же потянуло на родину.
— Как латиноамериканца ни корми, он все в сельву смотрит, — неуклюже пошутил Костя. Марси отвернулась. Вроде бы ничего ужасного Костя не сказал, но я ощутил тут какую-то застарелую рану. Скорее всего, это связано с тем, что Костя, кажется, совершенно не сошелся с родителями Марселы.
Поговорили об аварии автобуса, какой это кошмар. Дина сообщила, что ОЗ расследует дело — хотя, конечно, что там может быть такого? Техники тоже изучают, что же могло случиться с борткомпьютером… Это крупнейшая авария в мире за последние пять лет!
Потом решили, что в школу надо съездить обязательно, раз уж мы собрались в таком количестве.
— Там ведь довольно много старых учителей служит еще, — заметила Дина, — Витамина Иванна… Суперкварк, он старенький уже. Белов еще там.
— Да ну! Белов? — воскликнул я.
— Я надеюсь, Настька к нему попадет, — Ник кивнул на дочку, которая лезла на горку вслед за отпрыском Дины и Бена.
— Твоей Настьке еще два года бегать, а вот наш уже с осени идет серьезно учиться, — заметил Бен.
— Ну какая разница, граница не такая уж сильная. Они ведь и сейчас ходят в сад при ШК — утром автобус забрал, поздно вечером привез. Настя уже там ночует иногда, когда что-нибудь особенно интересное…
