Подобный рассказ с разницей в датах сопровождал и городок Джафферана — последний населённый пункт перед вулканом. Окружавшая растительность заметно менялась у нас на глазах. По очереди исчезали бананы, пальмы, цитрусовые, уступая место цветущим яблоням, черешне и сосновому лесу. Машина петляла по извилистому виадуку. Вдоль узкой трассы я заметил ограничители скорости в 30 км/час, но наш шофёр, похоже, их не замечал, и стрелка спидометра редко опускалась ниже девяносто. Вскоре мы поднялись к конечной точке автомобильной части нашего маршрута. Здесь весна ещё только вступала в свои права, и почки на деревьях лишь набухли. Припарковавшись на пустынной автостоянке и надев тёплые куртки и свитера, мы начали довольно крутой пеший подъём по узкой извилистой и каменистой тропинке. Со слов нашего гида, нам потребуется час с небольшим, чтобы подняться на вершину La Montagnotta — смотровой площадки для обзора вершины и «канидас» — гигантского ущелья, в которое низвергаются потоки лавы. Сейчас оно представляло собой затвердевший базальт, а неделю назад здесь бушевала совсем другая жизнь. Об этом свидетельствовали многочисленные вулканические камни, как мне показалось воздушной плотности. Чем выше мы поднимались, тем больше становился их диаметр, достигая порой пяти сантиметров. Также с набором высоты быстро изменялось и биологическое окружение. Каштановые рощи и заросли шиповника уступили место кустящейся вулканической сосне с длинной хвоей. Её тонкие стебли причудливо стелились по земле. Вскоре появились снежные залежи, густо усыпанные чёрным пеплом, поблескивавшим антрацитом в солнечных лучах.
— Вот этот кусочек всего неделю назад вылетел из сердца Земли с глубины десять километров, — комментировал наш гид, поднимая из-под ног причудливой формы камень и протягивая его Тасе.
— Положи его к себе в карман, — сказал я ей, — покажешь друзьям и воспитателям в детском саду.
Заблудиться на тропе невозможно, она промаркирована красным цветом. Вскоре мы оказались на вершине горы. Её высота 2640 метров, что на семьсот метров ниже более грозного соседа. На ней установлен металлический крест, под которым табличка с надписью на итальянском языке. «Видимо, это в память жертв вулкана!» — подумалось мне. Анжело сообщил, что во время фотографирования увлёкшийся видом раскалённой лавы немецкий турист оступился и упал в неё. По пути он рассказал нам о вулканической активности, показал в канидас «реки» разных извержений, сообщил о том, что за вулканом ведётся постоянное наблюдение учёными из института вулканологии, расположенного в Катанье и провёл короткий экскурс о движении тектонических плит на Земле.
— Датчики показывают, что через два дня будет ещё одно извержение. На сей раз небольшое. Если вам будет интересно, мы подъедем на машине, чтобы запечатлеть его и понаблюдать вблизи (
Выпив чая с домашним печеньем, запечатлев природу и себя на её фоне, мы отправились в обратный путь. Тем временем Этна скрыла своё величие, в откуда ни возьмись взявшихся тучах.
— Вулкан надо смотреть рано утром, — сказал нам Анжело, — когда мы прошли мимо группы туристов, поднимавшихся с трекинговыми палками, — тогда есть большая вероятность застать его во всей красе. На обратном пути он взял Таисию за руку, и мы любовались тем, как она умело перепрыгивает через камни, а самое главное молчала и не задавала вопросов, касающихся своей «езды на шее».
Перекусив у машины апельсинами, мы направились к тому месту, где в 1992 году лава прекратила своё движение, смяв несколько летних домов. Прошло двадцать лет, и здесь на её камнях уже зародилась новая жизнь в виде примитивных растений — серого цвета лишайников. Как ни странно здесь находился сувенирный киоск с «околовулканической» продукцией: сувениры из лавы, мёд, сладкая паста из фисташек, фундука, каштанов, клубничный джем. Средних лет итальянка настойчиво предлагала отведать всё это, выдавая нам одноразовые пластиковые ложечки. Наш ребёнок обрадовался такому рода сладостям. Мы же остались несколько равнодушными. Два килограмма «этнического» мёда я приобрёл в супермаркете за девять евро. Да и джемы мы покупали там же по семьдесят-девяносто центов за трёхсотграммовую баночку.
— Ну а теперь на пикник! — бодро скомандовал Анжело, — как вы относитесь к сосискам-гриль?
— Хорошо, особенно Таисия. Ей уже вторую неделю чудится их запах… Но, по правде сказать, в Москве мы их не покупаем, так как они, скорее всего, представляют собой научно-техническое достижение пищевой химии.
