Рассвет Оникса полностью

Халден. Я должна была сосредоточиться на Халдене.

— Почему ты сказал, что я стану твоей женой? Мы никогда не говорили о таких вещах.

Халден в задумчивости покусал ноготь.

— Я надеялся, что когда вернусь, мы поженимся. — Я ждала, когда он продолжит. — Но когда я увидел тебя там, без цепей, не в качестве слуги, сидящую прямо рядом с королем… Я понял, что ты обладаешь здесь какой-то властью. Я подумал, что если привяжу себя к тебе, то, возможно, буду спасен.

Что-то похожее на беспокойство охватило меня, маслянистое и навязчивое. Значит, Гриффин был прав. Халден оказался на удивление более манипулируемым, чем я думала. Я никогда не знала об этой его стороне. Я догадывалась, что он делает то, что ему нужно, чтобы выжить.

— Может быть. — Я позволила этой мысли затянуться, не зная, как закончить. Я уже не была уверена, что хочу, чтобы Халден был прав, чтобы Кейн так ко мне относился.

— Поверь мне. Если бы он не заботился о тебе, я был бы мертв уже.

Что-то в его утверждении вытеснило краску с моего лица.

— Почему? Что ты сделал?

Халден отшатнулся назад, как будто я дала ему пощечину.

— Что я сделал? Я сражаюсь за наш дом.

Но все же чутье подсказывало мне, что его слова значили больше, чем он собирался со мной поделиться.

— Прошлой ночью. Они сказали, что вы убили трех невинных прохожих. Это правда?

— Арвен, — его глаза были такими раненными. — Конечно, нет. Как ты можешь верить всему, что говорят эти звери? И про меня?

Стыд раскалил мое лицо.

— Я не знаю. Зачем им врать?

Халден снова прикусил ноготь.

— Зачем? Потому что они демоны, Арвен. Они явно уже добрались до тебя. Я не знаю, почему ты здесь, но обещаю, что вытащу тебя. Я же сказал тебе прошлой ночью, что спасу тебя. — Он серьезно посмотрел на меня, и я попыталась почувствовать что-то положительное: надежду, любовь, облегчение. Но все, что я чувствовала, — это тошноту.

— У нас есть план, — продолжил он, кивнув в сторону камеры справа от него, в которой спали двое других янтарных мужчин. — Нам просто нужен какой-то переполох. Ты можешь придумать что-нибудь, что могло бы разбросать охранников?

Я порылась в памяти, но ничего не пришло на ум.

— Здесь довольно толстые стены. Какой у тебя план?

Он покачал головой, словно пытаясь успокоить свои бешеные мысли.

— Как только появится что-то, что может сработать, ты найдешь способ рассказать мне, да? Тогда я смогу все объяснить. И вытащить нас обоих отсюда.

С верхней площадки лестницы в камеру донеслись шаги.

— Да. Я буду держать глаза и уши открытыми. А пока оставайся в живых. — Я повернулась, чтобы бежать.

— Арвен! — прохрипел он. Я обернулась и посмотрела на его руки, обхватившие прутья клетки. — Я очень скучал по тебе.

Я ждала, что мое сердце подпрыгнет от его слов, но этого не произошло.

Вместо этого я почти улыбнулась ему и поспешила выйти, пробираясь по затхлой лестнице мимо молодого охранника.

— Справились? — спросил он.

— Что? — В моей голове все еще бушевали воспоминания о встрече с Халденом. Это было совсем не то, чего я ожидала… — О. О! Да, Мартин полностью исцелен. Спасибо.

— Мартин?

Черт.

— Матис! Упс. Слишком рано для меня, возвращаюсь в постель! — Я поспешила прочь, прежде чем подозрительное выражение его лица успело стать чем-то еще.

На полпути к своей комнате я притормозила, чтобы перевести дух.

Халден не выглядел прежним. Но разве он не говорил то же самое обо мне? Как я могла судить его? Кто знал, какие ужасы он видел на поле боя? Мое сердце болело за него. За все, что ему пришлось пережить.

Пересекая каменный двор, я заметила, как солнце заглянуло за шпили замка. Мягкий ветер с ароматом сирени развевал мои волосы у лица. Несмотря на ужас последних нескольких часов, тихий рассвет принес мне какое-то странное умиротворение.

— Это мое любимое время суток, — раздался позади меня глубокий голос. — Солнце, восходящее над замком, — это как новое начало. Возрождение.

Я закрыла глаза. Сейчас у меня не было душевных сил на этого человека.

— Пожалуйста, — прошептала я. — Оставь меня в покое.

— Я вел себя отвратительно прошлой ночью. Я позволил своей ярости поглотить меня. Это не подобает королю. Или мужчине, если честно.

Я заколебалась, затем повернулась лицом к Кейну.

Мое сердце почти не выдержало его взгляда.

Он выглядел так, словно не спал всю ночь: волосы всклокочены, глаза красные.

И все же он был слишком красив, чтобы на него смотреть.

Когда он смотрел на меня, в его лице читалась усталость.

— Мне очень жаль, — сказал он усталым голосом. — И что бы это ни стоило, на собрании ты была бесподобна. Так же великолепна, как и прекрасна.

Мое предательское сердце попыталось взлететь, но я поймала его и загнала обратно. Никаких теплых чувств к сладкоречивому королю сегодня. Абсолютно никаких.

— Ты следил за мной сегодня утром?

— Нет. — Он сделал паузу. — Но я знаю, что ты ходила к мальчишке. Арвен, он не тот, за кого ты его принимаешь.

Я так устала от того, что многого не знала.

— Правда? Просвети меня.

Кейн озабоченно нахмурил брови. Он тщательно взвесил свои слова, прежде чем ответить.

— Я не уверен, что могу доверять тебе, птичка.