Рассвет Оникса полностью

Я бросила на нее строгий взгляд и огляделась, чтобы убедиться, что никто в большом зале нас не услышал, но шумная толпа обедающих за длинными столами поблизости не давала покоя.

— Упс, — смущенно сказала она.

— Теперь осталось придумать, как рассказать об этом Халдену.

— Думаю, я могу помочь и с этим.

— Мари, ты просто спасение.

— В прямом смысле, да? — рассмеялась она, но я пока не питала достаточно больших надежд, чтобы присоединиться к ней.

Глава 16

В последнее время весь замок был на взводе: слуги торопились и перешептывались, солдаты стали еще более грубыми и готовыми к сражению, чем раньше. Я надеялась, что это лишь следствие подготовки к предстоящим празднествам. Я старалась не думать о том, что надвигается нечто более страшное.

Я не могла спросить Кейна, что происходит, — с подачи Мари я решила забыть о своих сложных чувствах к королю. Он был очаровательным, властным человеком, с хорошим чувством юмора и убийственно кривой ухмылкой, но при этом вспыльчивым, манипулятором и лжецом, не имеющим ни морали, ни сострадания. По-моему, не совсем честный обмен.

Но мое сердце еще не совсем согласилось с новым соглашением, поэтому я избегала его, вплоть до того, что пряталась за колоннами, когда он проходил по коридорам. Не самый зрелый способ поведения, но у меня были проблемы поважнее.

Главное — помочь Халдену.

Я не думала, что смогу пробраться в подземелья во второй раз, особенно если учесть, что Кейн, как он сказал, следит за всем замком, так что прошло несколько недель, а я так и не узнала, как дела у Халдена. Тем не менее я твердо решила помочь ему бежать; я не могла сидеть и ждать, пока Кейн использует его как разменную монету в переговорах с Королем Гаретом или убьет в очередном приступе ревнивой ярости. Надеюсь, ни того, ни другого уже не случилось.

Мари пообещала мне, что у нее есть план, но для того, чтобы он сработал, ей нужно еще немного времени.

Чтобы отвлечься от всего этого, я по утрам тренировалась с мечом, днем лечила солдат, а вечера проводила с Мари в библиотеке. Наступило лето, и с ним я впервые ощутила настоящую сезонную смену. Весна в Ониксе не слишком отличалась от круглогодичной прохлады в Янтарном, но лето здесь было похоже на купание в лучах света и тепла. Вместе с мягкими, пронизывающими ветрами и днями, которые, казалось, никогда не потемнеют, пришло изобилие синих колокольчиков и фиалок, которые я стала воровать и хранить в стеклянных вазах в своей спальне. Когда они увядали, я не могла расстаться с великолепными цветами и сжимала их в своих книгах, пока они не становились нежными, тонкими воспоминаниями о тех цветах, которыми они когда-то были. Это было не так уж далеко от того, что я чувствовала по отношению к себе в последнее время, когда каждый день в оцепенении бродила от зельницы до кровати.

Я отчаянно нуждалась в позитивной Арвен. Куда она подевалась?

Пока я складывала бинты в зельнице, а тусклый свет полудня опускался за сосны снаружи, я пыталась изобразить розу и шип, как будто моя мать была здесь со мной.

Роза: наконец-то я использовала меч взрослого человека, но все равно он не был похож на тот, которым владел Даган.

Шип…

Я подняла глаза от бинтов и увидела пару облаченных в доспехи солдат, поддерживающих потного и дрожащего мужчину, бледнее, чем положено человеку.

— Сюда, — указала я на лазарет. — Положите его на кушетку.

— Спасибо. — Голос раздался сзади мужчин, как в полночь. Тихий, мягкий и темный.

Кровоточащие Камни.

Кейн вошел в зельницу следом за ними. В простой расстегнутой белой рубашке, с несколькими серебряными кольцами и в черных брюках, соблазнительность стекала с него, как дождь по окну. Даже после всего, что произошло, меня так задело его присутствие.

— Что тебе нужно? У меня тут пациент, о котором нужно позаботиться. — Я надеялась, что мой задыхающийся голос можно отнести к шоку.

— Ты избегаешь меня.

Я готова была поклясться, что из моих ушей валит пар.

— Можешь ли ты быть менее самовлюбленной? Этот человек умирает.

— Да, и я здесь, чтобы помочь, — сказал он. — Ланс — один из моих лучших солдат.

Какой несносный лжец.

— Довольно подло использовать страдание собственного солдата в качестве оправдания, чтобы побеспокоить меня. — сказала я, следуя за мужчинами в лазарет.

Двое солдат смотрели куда угодно, только не на нас. Кейн вздрогнул и повернулся к ним.

— Оставьте нас. Сейчас же.

Они, не раздумывая, бросились прочь, один даже натолкнулся в спешке на мои травы и разбросал по полу семена шалфея и мака.

Влажный, хриплый кашель отвлек мое внимание от пролитых банок.

Бедному Лансу было нехорошо.

Он дрожал, несмотря на одеяло, которое я натянула на него, и обильно потел. Я бы подумала, что это грипп или лихорадка, если бы не заметила две колотые раны у его запястья, которые уже успели покрыться засохшей кровью.

— Что случилось?

— Его укусили. Я думаю, что яд этого существа медленно убивает его. Но, похоже, не так уж и медленно.

— Всегда такой сострадательный. — Я нахмурилась. — Что его укусило?