– У вас лопнули глаза, господин. Не переживайте – они восстановятся завтра.
– Где моя орин?
– Она погибла, господин…
Ее больше нет… Печали не было. Внутри стала разгораться ярость и ненависть к стрелку. Они, смешавшись, дали мне сил на продолжение разговора.
– Что с моим даром?
– Наш матриарх считает, что он тоже скоро восстановится.
– Эта тварь… сдохла?
– Перевертыш? Да, он мертв… С вами хотела поговорить матриарх. Позвать ее?
– Нет. Если ты говоришь, что глаза восстановятся завтра – завтра и поговорю… – Занятые силы закончились. Я расслабился и провалился в сон.
Матриарх стояла на балконе, глядя, сузив глаза, на глубокий узкий кратер во дворе с высоты второго этажа. Весь дом освещал сверху ярко горящий страж. Рядом с ней стоял один выживший из двух атретасов ее охраны.
– Значит, он был как раз надо мной, на крыше?
– Да, матриарх. Мы заметили его слишком поздно, когда наше внимание привлек Ашерас.
– Что это было за оружие, выяснили?
– Вы сами видели, что случилось со стрелком. Что не сгорело, то расплавилось… Единственное, что сказали наши оружейники – это было оружие наподобие боевого посоха. Плетения были разрушены после уничтожения носителя. Все, что они смогли сказать – это то, что использовалось Багровое Пламя для его накачки.
– Багровое Пламя… И Ашерас сумел противостоять ему, призвав тьму напрямую и чуть не умерев из-за этого. А ведь ему лишь год от рождения.
– Это просто чудо, что он выжил. Целители говорят, что только ваше своевременное вмешательство не дало ему умереть. Целитель Ремрот клянется, что его тело уже завтра полностью излечится и тогда же вернется его дар.
– Да, он и мне это говорил. И… я сожалею о смерти твоего брата. Мы не ожидали… такого.
– Не беспокойтесь зря, матриарх. Все мы знаем, на что идем. – Атретас поклонился и отошел на два шага.
Мне снился кошмар. Я осознавал это, но ничего не мог с этим поделать. Я снова переживал этот проклятый, без сомнений, день и короткую схватку, знаменующую его. Хорошо, что хоть без финала. Словно тьма хотела что-то показать, подчеркнуть нечто оставшееся вне моего внимания, но тем не менее виденное мной. После окончания схватки все начиналось сначала. И так раз за разом. Пока, наконец, я не увидел, как в момент пролета мимо меня багрового копья один из охранников поднимает черный жезл в сторону стрелка, но ему ломает шею особо жестоким способом его напарник. Убедившись, что я увидел это, кошмар прекратился. Оставив мне лишь ненависть, пылающую черным пламенем во мне. Если он жив, я убью его. Осознав это, я понял, что проснулся. Ощутив дар, я нырнул в него и позвал свою птицу. Она довольно курлыкнула, обрадовавшись моему вниманию. Прости, но если я не справлюсь, ты поможешь мне, хорошо? Я открыл глаза. Мягкий желтый свет больно резанул зрение, заставив снова зажмуриться. До меня донесся незнакомый голос.
– Вы проснулись, господин Ашерас?
Я снова попытался открыть глаза. На этот раз было полегче. Проморгавшись, я сумел отождествить голос с атретасом, сидящим справа и одетым в необычный плащ черного цвета с зеленым вышитым значком напротив сердца. Его волосы были белы как снег. Я всмотрелся в его лицо – не он. Жаль. Я прошептал:
– Кто вы?
– Мое имя Аскаер, я целитель.
– Меня отнесут к матриарху или она придет сюда?
– Сюда. Сейчас вас покормят и оденут. Матриарх как раз освободится к тому времени.
Аскаер сделал знак в направлении гостинки, и оттуда вышла незнакомая беловолосая орин. Она с рук покормила меня какой-то кашеобразной жижей. Закончив кормежку, удалилась, чтобы вернуться со свертком моей одежды. Я посмотрел на свое тело – как же я похудел… Повернув голову в сторону наблюдающего за мной целителя, я спросил:
– Сколько я был без сознания?
– Сегодня третий день с момента покушения. У вас были обширные кровоизлияния – глаза, к примеру, пришлось выращивать заново.
Ненависть толкнулась внутри, словно ребенок в чреве матери. Если эта тварь будет с матриархом, я не поленюсь еще раз обратиться к богине. «Лучше сразу иди ко мне», – прошептала Тьма из дара. «Хорошо», – попытался я направить эту мысль обратно. Эх, мне бы разобраться с даром в медитативке. Без толку мечтать. Попытка будет только одна. Выложусь на полную.
