Нас привозят на какой-то аэродром, где ждет полдюжины планолетов, затем сгружают в отсек без окон и пристегивают к сиденьям напротив трибутов Дистрикта-11. Они выглядят такими же испуганными, как и мы. Лишь Лулу кажется невозмутимой. Она замечает талисман девочки по имени Цикорий, сидящей напротив, – цветок, сплетенный из травы, – и не сводит с него глаз. Потом начинает водить рукой, задавая ритм, и поет хриплым голоском:
Цикорий удивленно вздрагивает. Поскольку Лулу явно не в себе и ответа от нее не дождешься, трибут из Одиннадцатого спрашивает у нас:
– Откуда она знает эту песню? Разве в Двенадцатом ее поют?
Как спец по песням Двенадцатого, которым я стал благодаря времени, проведенному с Ленор Дав, я качаю головой.
– Это детская песенка поры сбора урожая, – продолжает Цикорий. – Наша песня.
Она пристально смотрит на Лулу, переглядывается с собратьями по дистрикту и запевает другую:
Лулу мигом подхватывает:
– И как вы это объясните? – спрашивает у нас Цикорий.
– Никак, – отвечает Мейсили. – Она не наша. Нашу убили, эту прислали взамен. Похоже, она из Одиннадцатого. Так думают наши менторы.
Ее ничуть не заботит, слушает нас Капитолий или нет.
Тайл, самый крупный из трибутов Одиннадцатого, говорит сдавленным голосом:
– Почему нам не сказали?
– Мы и сами только сейчас поняли, – объясняет Вайет. – Мы за ней приглядываем. Какая разница, откуда она – из Одиннадцатого или из Двенадцатого? Разве мы все не на одной стороне?
Лулу не обращает на нас никакого внимания – она пытается вылезти из ремней безопасности.
– Знаешь, кем она может быть? – спрашиваю я.
Цикорий качает головой.
– У нас большой дистрикт. И кто знает, сколько времени она провела у них… – Она склоняется к Лулу, насколько позволяют ремни. – Малышка, как твое настоящее имя? Если один из нас выживет, мы расскажем твоей семье.
Лулу мнется, хочет заговорить, потом хватается за ухо и взвизгивает. Вайет ловит ее свободную руку и пытается успокоить девочку.
– Очевидно, бедняжке засунули в ухо какое-то устройство, чтобы ее контролировать, – сообщает Мейсили.
– Так вот почему вы велели нам аккуратнее подбирать слова, – смекает Цикорий. – Нас слушают. – Она прислоняется к стене. – Может, ее узнают родные.
Что-то мне подсказывает, что родные девочки давно мертвы, а если и живы, то им будет очень тяжело увидеть ее вновь и потерять уже навсегда. История Лулу хорошо не кончится.
Мы взлетаем, что при иных обстоятельствах привело бы меня в восторг, однако сейчас лишь усиливает тошноту. Все умолкают, и теперь я могу собраться с духом. Надо бы запланировать стратегию для арены, но я продолжаю думать про Ленор Дав, о том, как ее люблю, гадаю, успела ли она добраться до дома и как у нее дела. Еще вспоминаю маму, Сида, Бердока с Блэром, Хэтти. Не успеваю оглянуться, как планолет начинает снижаться.
Когда мы прибываем на арену, нас сразу уводят с внутренней площадки для планолетов. Выглянуть не получилось, и все же я чувствую, что мы находимся под землей. Я верчу головой, пытаясь запомнить каждую подробность, пока нас ведут по изогнутому коридору с бетонным полом. Справа – какие-то трубы, слева – четыре двери под номером шесть, потом номера меняются в порядке возрастания. Каждый раз четыре одинаковых цифры: 7, 7, 7, 7, 8, 8, 8, 8… До цифры одиннадцать мы идем довольно долго. Первой нас покидает Цикорий, за ней остальные союзники, а потом миротворец открывает первую дверь с цифрой двенадцать.
Я вытягиваю руки. Без единого слова Вайет с Мейсили присоединяются к групповому объятию. Лулу становится в самую середину, и мы сжимаем хватку, чувствуя пульс друг друга, пот и кожу. Будут ли наши сердца еще биться через десять минут?..
Минуту спустя миротворец говорит:
– Пора.
Мы расходимся по своим комнатам, я – последний. Прежде чем войти, замечаю соседнюю дверь с цифрой один. Кольцо трибутов, готовых к церемонии открытия.
Я один в круглом помещении с прозрачным цилиндром в центре. Моя стартовая площадка. На единственном стуле лежит аккуратная стопка одежды. Черной, как и подозревала Мейсили.
Включается громкая связь.
– Добро пожаловать в Стартовый комплекс. – Дома мы называем его Скотобазой – местом, куда загоняют животных перед отправкой на бойню. Голос продолжает инструктаж: – Трибутам нужно переодеться в новую форму, любезно предоставленную Капитолием.
