— Хорошо, — произнёс задумчиво Яромир. — Нам сейчас в Мирград надо. Погостите пока у нас, а опосля отправитесь в Орёлград. К вам с Мирославом на свадьбу Изяслав обещал заехать, не так ли? — Верея согласно кивнула. — Вот с ним и вернётесь. А пока собирайтесь, да не особо торопитесь. У нас здесь ещё дело есть… Где тут у вас лопатами можно разжиться?
— У нас в доме, в чулане, несколько штук имеется… — Велижана попросила Яволода показать, где именно у них чулан, а сама принялась собирать свой нехитрый скарб, пока приятели, засучив рукава, взялись хоронить убитых на зелёном лужке, что располагался рядом с деревней. Копали неглубоко, ибо времени было в обрез. Над каждой могилой клали камень, обозначающий место захоронения. Хазар же сначала хотели так бросить, но потом решили всё же свалить их в сточную канаву и слегка присыпать, дабы совсем уж не смердели.
— Пусть землица будет вам пухом, дабы шакалы смогли разрыть кости ваши! — бросил напоследок Ратибор древнее проклятие в адрес степняков.
Над могилами же сельчан просто постояли молча, как было заведено во все времена, да отправились в избу к Велижане, так как несколько часов у друзей ушло только на то, чтобы всех захоронить, и уже стемнело. Потому решили переночевать в единственном доме, оставшимся от некогда уютной деревушки, а поутру, как начнёт светать, двинуться в путь, что вся наша честная компания и сделала. Мирослав ещё загодя вечером поймал троих коней кочевников, ускакавших с испугу чуть в сторону от деревни во время боя. На одного водрузили нехитрые пожитки Велижаны, на второго залезла она сама, взяв с собой дочурку Деяну, которая умудрилась ни разу не зареветь за последнее время, что было очень удивительно в свете минувших печальных событий. Ну а на третьего жеребца сели оба мальчугана. Старший, Яволод, расположился спереди, а Буеслав устроился позади него.
Мирослав достал из дорожной котомки крепкую верёвку, один конец которой привязал к седлу своего рысака, а другой — к узде скакуна мальчиков на случай, если вдруг полудикий степной мерин вздумает проявить свой норов и попробовать сбросить с себя мальцов. Ту же операцию проделал Ратибор с лошадью Велижаны, пообещав, что, если та взбрыкнёт, он её на мясо пустит на ближайшем привале.
— Надеюсь, вы это лошадке сказали, а не мне, — слабо улыбнулась Велижана.
— Конечно, лошадке! Ведь я не ем людей! По крайней мере, не сегодня, ибо уже сыт… — попытался неуклюже поддержать разговор Ратибор. — Но я рад, что у тебя на лице появилось хоть какое-то подобие улыбки, — он посмотрел Велижане в глаза. — Ты должна жить дальше. Должна быть сильной. Ради своих ребятишек…
— Я знаю, — тихо ответила Велижана. — Знаю…
Вообще, кобылки степняков оказались очень смирными и вели себя на удивление тихо и спокойно, иначе витязи ни за что не посадили бы на них троих детей с Велижаной. Видимо, сказалось, что коней хорошо напоили, накормили и дали отдохнуть прошлой ночью. А возможно, и то, что испугались угрозы Ратибора пустить их на мясо, кто знает…
— Лошадь — скотина умная… — глубокомысленно прокомментировал смирное поведение кочевых скакунов рыжеволосый воин. — Может, они присмирели от радости, что больше этих хазарских скоморохов на себе не возят. Кто знает, как те с ними обходились. Мало ли, стегали почём зря…
— Кстати, — обратился Яромир к Велижане, — не хочу бередить твои раны, но не подскажешь название деревеньки вашей? Как-то вы ведь её должны были называть…
— Ряжкино, — чуть помедлив, тоскливо ответила Велижана. — Мы называли нашу деревню Ряжкино…
Друзья лишь переглянулись между собой угрюмо, так ничего больше и не произнеся.
— Эх, Ряжкино, значит… — только прошептал про себя печально Ратибор.
Чуть ещё потратив время на сборы, вся процессия с первыми лучами солнца двинулась в путь. Впереди их ждал Мирград.
Это чистое дикое поле, находившееся всего в четырёх днях пути от столицы Мирградского княжества, идеально подходило для предстоящего сражения. Объединённые войска Мирграда и Орёлграда пятые сутки стояли здесь в ожидании орды хазар, которая, по регулярным докладам разведчиков, со дня на день должна была тут появиться. Всё решится в одной битве. В ожидании лютой сечи витязи в десятый раз поправляли снаряжение, проверяли, не стесняют ли их движений кольчуги, по новой точили и без того острые клинки да перекидывались шутками-прибаутками, но все чувствовали повисшее в воздухе напряжение. Дабы разрядить обстановку, кое-где проходили кулачные бои между воинами двух княжеств. На одной из таких полян возле разбитых небольших шатров с провиантом да разной хозяйственной утварью стоял раздетый по пояс Светозар, глава городской стражи Орёлграда, а по совместительству и личной охраны самого Изяслава. Только что он с нескольких ударов уложил Кветла, сильного дружинника из дворцового караула князя Святослава. Светозар ничуть не устал за этот короткий поединок и жаждал продолжения развлечений.
