– Доить достало, скукота достала. Папака достал: «Читай книги». Катька достала – привидением ходит за мной. Мамака достала: «Лучше лысой, чем с синими волосами». Палёный достал: «Что с глазами?»
– Кстати! – оживился Айнур. – и я не сразу понял, что с твоими глазами стало, а сейчас, вблизи, въехал: эти ресницы тебе не катят…
– Ёкл! – всплеснула руками Лариска, оттолкнувшись спиной от забора. – а что мне катит? Всем всё катит, а мне ничего не катит. Софула – скелет, и ей это катит. Катьке цветные волосы катят. А мне? Почему никто не скажет, что именно мне катит? – заморгала нервно Лариска. – Достали! – вскочила с бревна. Широко размахивая руками, пошла.
– Галоши забыла, – догнал Айнур. Сам не ожидал всплеска сочувствия к ней. – красивые галоши у тебя, – попробовал утешить, – моднявые, цветастенькие такие…
– Спасибо! Угадал! Галоши мне катят! – Ларка выдернула из его рук резиновую обувь и со всей силы забросила за кривую изгородь.
– Лечи комплексы! – крикнул Айнур, разозлившись на собственную сентиментальность.
«Хочешь, как лучше, а они… теперь понимаю папу, как он с мамой иногда мучается. Ещё эта Софка вместе со своей коровой пропала. Буду здесь ждать. – вернувшись, сел на бревно. – Нифигаси!.. Лариска права: на такой закат можно медитировать. Шикардос – огненная клякса растеклась по облакам!..»
Не выдержав яркости, Айнур прикрыл глаза. Оранжевый свет проникал сквозь веки, вползал червячками…
«Палёный», – услышал знакомый стрекот. Ждал, что тот проедет мимо.
– Разговор есть, – остановился Марат напротив.
– Говори.
– Не здесь.
Айнур усмехнулся.
– Чо ты лыбишься?
– «Разговор есть. Говори. Не здесь». Смешно получилось, типа кадр из фильма.
– Чо ты гонишь?! – разозлился Палёный. – ничего смешного, боишься – так и скажи.
– Тебя? Поехали!
«Ява» застрекотала в сторону гор. «На „быка“ везёт, – решил Айнур, гадая: – Что ему надо? По ходу, драться будем. И не на „быка“ вовсе…»
Доехав до подножия, Палёный свернул влево и погнал мотоцикл по перелеску. Когда деревья закончились и они понеслись вдоль отвесного скальника, Айнур замер от восхищения – так было красиво вокруг.
– Тпру! – лихо, чуть не скинув Айнура с заднего сиденья, развернулся Палёный перед неожиданно возникшим водоёмом. Дорога, вильнув хвостом, убежала влево. – Слезай. Ключи.
– Включи?
– Ключи, говорю, контуженый.
– Где?
– Озеро Ключи, – выталкивая мотоцикл на ровное место, на удивление миролюбиво пояснил Палёный.
– Странное название для озера.
– Подземные ключи. Сверху вода тёплая, снизу – холодная.
– Классно тут, – натянуто произнёс Айнур, оглядываясь. Он был обескуражен. Судя по тону и поведению Марата, тот драться не собирался. – Да-а-а, с этой стороны горы так горы, даже залезть хочется. – подбежав к выступу, быстро вскарабкался. – О-го-го! Вау! Жалко, сфоткать не на что…
По мелким бороздкам озера растеклись фантастические краски неба – от белёсо-сливового у берега до вишнёвого ближе к горизонту…
Палёный поднялся к Айнуру. Сел на плоский камень, увековеченный надписью: «Все козлы, а я орёл».
– После школы куда пойдёшь?
Вопрос поставил Айнура в тупик. «Да что с ним? Ради этого сюда ехали?»
– Нашёл, о чём спрашивать. Ещё учиться и учиться.
– Всё же?
Айнур беззаботно махнул рукой.
– Пока не парюсь. Не решил ещё.
– А я решил.
– И?..
– Буду на печника учиться.
– Прикалываешься? – заулыбался Айнур.
– Чо ты лыбишься? – тут же завёлся Палёный. – У меня всё расписано, чики-пуки, по пунктам. Иду в девятый. Потом еду в Карелию. Там для блезиру поступлю в строительный колледж…
– Для чего? – не понял Айнур.
– Я, татарин, и то знаю, что такое блезир, хотя… ты же тоже татарин! – обрадовался Марат и дико расхохотался.
Айнур смотрел на него как на полоумного.
– Почему в Карелию? Где это, вообще? – спросил, чтобы как-то остановить припадок смеха, напавший на Палёного.
– Я заметил, что многие городские – недоучки, – язвительно сказал тот, – зато понтов!..
Айнуру крыть было нечем, поэтому он сделал вид, что залюбовался золотой дорожкой заката на воде.
– Я не люблю географию, – признался немного погодя.
– Вспомнил! – хлопнул по камню Марат. – ты же почти америкос, а все уважающие себя америкосы географию презирают. Им всё равно – Гватемала или Украина.
– Хватит стебаться!
– Я и не начинал, это только разминка, но продолжения не будет: настроение не то.
– Продолжения не будет, потому что сам ничего не знаешь.
– Ну ты, прыщ, мастер понтов! Нащёлкать бы по фейсу, только, повторяю, настроение не то. А Карелия, к твоему сведению, рядом с Финляндией и Ленинградской областью. Столица – Петрозаводск. Там у меня дядя живёт. Он всю жизнь печки и камины кладёт. Строительный колледж мне для образования, а профессию получу от дяди. Буду у него учеником. Натаскаюсь и вернусь сюда печником. Свою фирму открою. У нас в Верхоречье богатенькие люди из города приезжают, новые дома ставят, типа дач, и знаешь, чо они хотят?
– И чо они хотят? – попугаем переспросил Айнур.
– Камины! И печки снова котируются. Я, не выходя из деревни, уже работой обеспечен, потом – в Низовку, а потом – вниз по течению, там полно деревень.
