— А что предпочитал ты: клетку или свободу? Как ты содержал своих… — Линар не договорил, осёкся, задохнувшись от гнева и бессильной ярости.
— Ничего, — спокойно ответил Детлафф, — ты невнимательно слушал, это было почти полторы тысячи лет назад, с тех пор многое изменилось. Мы больше не разводим людей, а вместо этого или пытаемся жить среди вас, прикидываясь человеком, как Регис, или проводим большую часть времени вдали от вас, как…
— Ты, — закончил за вампира юноша, ощущая себя полностью опустошённым, — я понял. И спасибо, что снова спас мою жалкую мотыльковую жизнь, — Линар отвернулся и поплёлся в купальню.
— Не за что, — послышалось за спиной ироничное, — но в следующий раз сначала подумай, а потом изображай из себя рыцаря. Я не всегда смогу прикрывать твой… тыл.
— И не надо, — буркнул себе под нос Линар, прекрасно зная, что вампир всё равно услышит.
***
Лёжа вечером в постели, Линар вспоминал разговор с Детлаффом и циничное: «Мы разводили вас, как скот». Слышать это было обидно и горько, понимать, что Детлафф никогда не будет воспринимать тебя, как равного. В лучшем случае, как забавное существо, которое умеет придумывать интересные истории. Существо глупое, слабое и беспомощное, которое можно защищать, жалеть, но не любить.
А ведь именно этого хотелось отчаянно: ощутить прикосновение губ вампира, узнать, что такое поцелуй, почувствовать, как сильные руки скользнут по телу, как пальцы с длинными ногтями зароются в волосы, увидеть, как потемнеют от желания светло-серые глаза. На мгновение Линару даже показалось, что он понял, почему люди, которых разводили предки Детлаффа, испытывали возбуждение и удовольствие, когда их пили: до того, как в шею вонзались клыки, её касались губы — так же интимно и волнующе, как настоящий поцелуй…
Линар не знал, да и не мог знать, что Детлафф, привычно стоя по вечерам у окна, рисовал в воображении не менее жаркие картины, и тут же обрывал себя, напоминая себе о том, что люди-мужчины презирают такие отношения, а значит, точно также думает и Линар. Детлафф не знал, как пояснить юноше, что в некоторых случаях пол не имеет значения.
Вампир никогда не отличался красноречием, как Регис, ему проще было показать, чем пояснять и проводить параллели, превращая каждую беседу в познавательную лекцию. Детлафф жил чувствами, эмоциями, которых в нём всегда было слишком много и пролетевшие столетия не смогли это изменить. Любовь, ненависть, желание всегда захватывали его целиком, не оставляя места для раздумий, он не различал оттенков, только да и нет, чёрное и белое.
Регис часто говорил, что голова должна оставаться холодной и здравой в любой ситуации. Умом Детлафф это понимал и даже соглашался, но продолжал безрассудно бросаться в омут очередного увлечения, не думая о том, что чистый на первый взгляд пруд на деле может оказаться гнилым болотом, дно которого завалено падалью. Таким, как оказалась Сианна, отравившая его ложью и превратившая в убийцу.
И, чёрт возьми, Линар оказался прав, когда сказал, что и от этого яда существует противоядие. Новая любовь. Странная и пока что неизведанная, желанная и пугающая, заставляющая проводить ночи, стоя у окна, глядя в небо и видя вместо него тёмно-карие глаза, в которых безумно хочется отразиться.
Никогда ещё за сотни прожитых лет, желаемое не было так близко и далеко одновременно. Видовые различия, бредовые запреты, на которых был воспитан Линар, до конца не исчезнувшие опасения Детлаффа, что и эта страсть закончится так же, как любовь к Сианне: всё это разделяло их, и пока что вампир не знал, как сломать эти барьеры.
Да и стоит ли это делать, особенно теперь, когда Линар с воодушевлением, достойным лучшего применения, принялся опекать белокурую дворяночку и её бестолкового брата. Будь девица безразлична ему, Линар не бросился бы на помощь, забыв о том, что и за себя-то постоять не в состоянии. Он рискнул собственной жизнью, а люди никогда не делают подобного просто так. Для этого должна быть очень веская причина, такая, как… любовь?..
========== Глава 11 ==========
Мальчик, посоветовавший Линару обратиться к Марыське, появился в магазине на следующий день почти сразу после открытия. Степенно поздоровался, сказал, что звать его Янушем, а потом долго ходил по залу, выбирая подарок. Наблюдая за ним, юноша ясно видел будущего хозяина, крепко стоящего на своих ногах, обстоятельного во всём, начиная с приобретения курицы и заканчивая выбором жены.
Он и сейчас выглядел как маленький мужичок, по-взрослому хмурящий брови и заложивший руки за спину. По всей видимости, Януш копировал отца или деда, точно так же расхаживавших по дому. Это было забавно, а потому Линар терпеливо ждал, когда же мальчик выберет.
