Он прищурился.
– Очень специфичный вопрос. Морина, я часто летаю и заключаю сделки. Что бы ни сказал тебе Рональд…
– Пожалуйста, ответь на вопрос. – Я подняла руку, потому что понимала: он снова попытается меня успокоить. – Скажи честно, ты заключил сделку, согласившись увеличить количество нефти на наших терминалах?
– Морина, это лишь первая часть плана. – Он медленно кивнул. – Могу рассказать тебе все в подробностях.
Я покрутила браслеты на запястье.
– Можешь рассказать подробности? А тебе не кажется, что было бы правильнее с самого начала поставить меня в известность?
– Морина, сомневаюсь, что имеет значение, как именно мы достигнем конечной цели. Чтобы сохранить хорошие отношения с партнерами, надо действовать медленно. Я намерен дать разрешение на такое лишь единожды, пока мы согласовываем участие правительства в нашем плане развития зеленой энергетики.
– А что, если нам не удастся привлечь правительство?
– Удастся, – он сказал так, словно дело было уже решенным.
– Ты не можешь давать подобное обещание. И тебе снова придется дать такое же разрешение. Опять, Бастиан. Знаешь, почему я говорю «опять»?
– Морина… – успокаивающим тоном начал он, словно разговаривал с ребенком, которым скорее всего меня и считал.
– Ты знаешь, что твой отец заставил мою бабушку проголосовать за увеличение количества нефти на терминалах, и в итоге это привело к разливу?
Он отвел взгляд, и в темно-карих глазах, ласку которых я любила ощущать на своем теле, отразилось чувство вины. Мне и не требовалось другое подтверждение.
– Морина, давай не торопиться с выводами, – сказал тихо, словно так мог меня успокоить. Даже подошел к моей соляной лампе и включил ее, как будто это могло изменить чертово настроение. – Хочешь присесть здесь?
Естественно, он не пытался насмехаться надо мной. Он никогда бы так не поступил. Похоже, ему нравилось, что я считаю, будто кристаллы и соляная лампа привносят в жизнь покой. Бастиан предпочитал спокойствие и разумные диалоги. Он пытался загнать всех в рамки и сделать нас всех счастливыми.
– Бастиан Арманелли, – насмешливо произнесла я его имя, подходя к лампе. – Ты полагаешь, что сможешь усидеть на двух стульях? Получить акции и при этом сотрудничать с компанией, которая едва не уничтожила мой город? Что случилось с Себастианом – мужчиной, который мог управлять империей и делать все, что ему заблагорассудится? – Я схватила соляную лампу и подняла ее над головой. – Вместо того, чтобы действовать честно и просто быть рядом, ты очаровал меня. – Я бросила лампу на пол, кристалл разбился, и осколки разлетелись по сторонам. – Брак по расчету обернулся катастрофой.
– Морина! – Он потянулся ко мне, но я отшатнулась. – Ты слишком остро реагируешь.
– Бабушка советовала быстро принимать решения. Бастиан, знаешь, насколько быстро я решаю, стоит ли потакать своим чувствам и остро реагировать? Обычно намного быстрее, чем сейчас. Чаще всего я руководствуюсь чувствами, а с тобой перестала так поступать. Я стала действовать иначе, хотя и считала такую линию поведения глупой.
– Неправда. Ты выбрала сложный путь, так как понимала, что, рискуя, получишь награду. Да, возможно, тебе пришлось нелегко, но…
– Да, Бастиан, нелегко, поэтому и глупо. – Сердце быстро стучало, и вдруг его сковала боль. Она была настолько сильной, словно кто-то давил на него, и это давление могло привести к смерти.
– Морина, невозможно преодолеть тьму и получить награду, если не пройдешь сложный путь и не выяснишь, что впереди. Нас многое ждет в будущем. – Он нахмурился и засунул руки в карманы, словно не собирался больше бороться со мной. Или бороться за меня. Я точно не знала.
– Ты ищешь секреты и всегда их находишь. Эти секреты слишком важные. Эта ложь и недосказанность не стоят того.
– Что ты такое говоришь? – прошептал он.
– Я люблю тебя. – Я сделала вдох, глаза щипало от слез, которые вот-вот должны были пролиться. Эти слова стоило произнести совершенно в другой обстановке. Вместо осколков кристаллов на полу должны быть разложены лепестки роз. В воздухе витать любовь, а не недоверие. – Я очень сильно люблю тебя. Решила, что нашла человека, который сможет смириться с моими причудами и тем фактом, что я одновременно пытаюсь бежать в десяти разных направлениях…
– Так и есть, ты нашла его, – нахмурившись, сказал Бастиан. – Я стою прямо перед тобой.
Я покачала головой.
– Но ничего не получится. Я верю тебе, но не до конца. Я хочу быть с тобой, но не могу. – Я покачала головой, и мои волосы рассыпались по плечам. Затем я отступила от него, и по лицу потекли слезы.
Оставив Бастиана в гостиной посреди разбитых кристаллов и разрушенного брака, я пошла собирать чемоданы.
Как довериться ему, если он не мог поставить меня на первое место и бороться за меня, а не за свои компании?
Наши отношения были обречены с самого начала, и если бы я осталась, то потеряла бы себя.
Сердце Морины сжалось от боли так же, как когда-то из-за действий отца сжалось сердце моей матери.
