Некромант на ее руках со стоном пошевелился, и девушка вынырнула из воспоминаний. Ирония — он сражен своим же собственным оружием. Элли никогда не была злорадной, но сейчас она испытала укол именно этого чувства.
Машинально, ласково перебирая спутанные волосы, девушка приговаривала ничего не значащие ободряющие слова. Не то чтобы ей было очень жалко мага, просто она привыкла, что страдающих людей надо утешать.
Он не слышит ее — царство порожденных кошмаров всецело поглотило его, и только сам Корвин мог найти из него выход. Ей оставалось терпеливо ждать.
========== Глава шестая ==========
Элли никогда не умела ориентироваться по звездам; все ее познания о навигации и небе заканчивались осознанием того, что мерцающие точки над головой — это далекие планеты, существующие в бескрайнем холодном и мрачном космосе. Еще она знала, что нужно загадывать желание при виде падающей звезды, а полная луна над Вислой придает свиданию особую атмосферу. Впрочем, даже отличный балл по астрономии не помог бы ей ориентироваться по чужим звездам.
Обглоданный серп луны давно зашел, освещая небольшую полянку холодным светом. Костер почти потух — последние ветки сиротливо догорали в редких язычках пламени; девушка так и не смогла заставить себя покинуть тусклый круг света и набрать новых. Мужчина на ее коленях крепко спал, изредка постанывая и шевелясь во сне. Жар спал, и Элли искренне надеялась, что ее мнимое одиночество в лесу продлится совсем недолго.
Одиночество… В этом мире Элли никогда не была одна — всегда рядом были либо ее тюремщики, либо хозяева. Сначала толстячок Ормак, хозяин борделя, где девушка прожила почти три месяца. Пожалуй, это место оставило у нее самые светлые воспоминания. Ей было тепло, ее кормили, одевали, давали несложную черную работу, не требовали взамен каких-то сверхъестественных результатов; стирай, убирай, не попадайся на глаза, а взамен — вполне комфортное существование. Существование…
***
Всему приходит конец; Элли купили. Она очнулась в пустой гостевой комнате — мужчина, пытавший ее, ушел, забрав вместе с собой реалистичные кошмарные видения. Девушка чувствовала себя разбитой, подавленной, но совершенно не расстроенной — желание больше никогда не испытывать подобного перевесило ее природное любопытство. Едва она спустилась на кухню, как Ормак тут же схватил ее за ухо и поволок прочь, бурча под нос какие-то ругательства.
— За что? — сумела спросить она, когда толстячок отпустил ее, втолкнув в свой кабинет.
Ормак горестно махнул рукой куда-то за спину, и Элли, холодея, медленно обернулась. Иногда женщин покупали — на час, день, неделю, на все время. Одни расценивали сие действие как подарок свыше, другие — как наказание. Элли и в голову не могло прийти, что кто-то может ее купить — настолько не привлекательной она была в глазах других людей и рас. На секунду она испугалась до потери пульса — а вдруг тот незнакомец выкупит ее и будет пытать всю ее оставшуюся жизнь?
Покупателем оказалась женщина. Высокая, уже седеющая, в чистой, но скромной одежде. Она улыбнулась Элли, и это была первая искренняя улыбка, которая была адресована именно ей. Женщину звали Фола, и она оказалась местной целительницей. Наслушавшись о необыкновенно талантливой девушке, которая живет в притоне, женщина, как раз искавшая себе помощницу, решила лично проверить слухи. Сначала Элли отвечала робко, не глядя на свою будущую хозяйку. Кости, связки, мышцы — вся информация услужливо всплывала из глубин памяти, и девушка даже в какой-то момент почувствовала себя так, словно она была на обычном коллоквиуме. Только вместо аудитории мрачная комната, а экзаменатор — местная ведьма-знахарка.
Триста монет. Ее оценили в три сотни монет. Даже не «ее», а знания, которые лежали в ее голове. Элли была уверена — если бы была возможность купить их без «девушки», Фола сделала бы это и даже, пожалуй, доплатила еще половину вышеназванной суммы. Своих вещей у Элли не было, и они тут же покинули бордель.
Впервые Элли очутилась в самом городе. Он назывался Акат, и никто не помнил, что означает это слово. Город стоял на большом холме и представлял собой несколько ярусов с высокой башней в центре. Прислуга в борделе изредка говорила об этом сооружении, но Элли смогла уловить лишь то, что место это не для простых «смертных». Фола крепко держала девушку за руку, когда они спускались по грязным улицам к воротам.
— Ты редко будешь бывать в городе, — говорила женщина, искоса поглядывая на девушку. — Я обучу тебя искусству сбора, и большую часть времени ты будешь проводить в лесу Форк. У тебя будет сытная пища и кров над головой, и никто больше не обидит тебя.
— Спасибо, — Элли шла низко опустив голову, боясь встретиться взглядом с прохожими. — Меня почти никто не обижал… Прошлый хозяин был добр со мной.
— Настолько, что позволил чисторожденному забавляться с тобой, — Фола презрительно сплюнула под ноги. — Будь уверена — я не пущу этого человека к себе на порог, и больше никто не будет мучать тебя кошмарами.
