— Значит, совсем по-хорошему у нас ничего не получится, — Дерек подсел на деревянный стол и принялся подкидывать на ладони какой-то предмет. — Живой ты отсюда уже не выйдешь, — доверительно начал он. — Попытка организовать побег преступника, ложь совету, отказ от сотрудничества — да тебя и к смертной казни-то не приговорят. А можешь мне поверить — пожизненное заключение в стократ хуже. Я не садист; не такой, как мой брат. Получив от тебя все, что мне нужно, я упокою твое тело. Даже похороню его где-нибудь в саду. Какое деревце тебе больше нравится?
— А мой дух? — борясь с головокружением, прошипела девушка.
— Твой дух… послужит мне еще некоторое время. Потом я торжественно клянусь упокоить и его, — Дерек театрально приложил руку к груди. — Соглашайся… а хотя, уже неважно.
— Что ты будешь делать? — спросила девушка, когда Дерек встал.
— С тобой? Или с твоим миром? — он вновь завозился у стола, позвякивая какими-то предметами. — С тобой я немного повеселюсь, а твой мир…он падет, как и все остальные.
— А как же великая миссия по сбору знаний, чтобы сделать жизнь лучше? — Элли скривилась.
— Только полный идиот будет в это верить. Ты, к твоей чести будет это сказано, таковым не являешься.
— Мой мир нельзя завоевать с помощью наемников и ржавых мечей, — презрительно фыркнула девушка.
— Вот поэтому я и собираюсь покопаться в твоей памяти, — ласково откликнулся Дерек, поворачиваясь к девушке и подставляя лезвие кинжала в огненные языки факела. — Сначала будет немного неприятно — мне придется вырезать символы и пиктограммы на твоей коже; потом будет немного горячо, ну, а потом, — мужчина хищно усмехнулся, наклоняясь над распростертой девушкой, — потом начнется кошмар.
— Ничего, переживу, — Элли упрямо стиснула зубы.
— Конечно переживешь — я же не позволю тебе умереть, — Дерек подмигнул и уселся на краешек стола. — Я сейчас тебя развяжу, но ты будешь лежать смирно и тихо. Мы поняли друг друга?
Элли кивнула, и мужчина убрал широкие ремни, которые сковывали девушку; она попробовала пошевелиться, но тело слушалось плохо, а перед глазами все плыло еще сильнее. Дерек, насвистывая себе под нос, принялся ловко расшнуровывать сначала корсет, а потом и рубашку, обнажая бледную кожу Элли.
— Скажу тебе по секрету — это моя любимая часть, — он оглядел ее обнаженный торс и одобрительно хмыкнул; провел рукой по животу, чуть пощекотав ребра. — Кстати, и вправду хрупкие. Знаешь, на самом деле я не садист, — острие кинжала неглубоко проткнуло кожу и скользнуло вниз, выводя ровную красную линию. — Я не испытываю удовольствия, мучая людей. Не так буквально.
— А что же ты сейчас делаешь? — всхлипывая от боли и изо всех сил сдерживая крик, спросила девушка.
— Сейчас? Сейчас я собираюсь вытащить из твоей слабой душонки все, что нам понадобится. Но сначала эту душонку надо отделить от тела. От этого симпатичного тельца, — Дерек некоторое время пристально рассматривал кожу на ее ребрах, а затем навис над девушкой. — А может быть все-таки по-хорошему? Ты будешь послушной девочкой, и мы вместе неплохо проведем время…
— К черту, — фыркнула Элли и, немного поразмыслив, добавила трехэтажное ругательство на польском.
Дерек скривился, подкинул кинжал на ладони и снова поднес его к огню.
— После такого не выживают, — как-то бесцветно бросил он. — Сам ритуал длится всего лишь несколько минут. Ты почувствуешь сначала жар и такую боль, будто с тебя сдирают кожу. Медленно, тонкими полосами; а потом — холод. Могильный холод, вечный… ты уже не поймешь, что чувствуешь — твое тело останется здесь.
Элли предпочла не отвечать, и еще некоторое время Дерек работал в тишине, лишь изредка напевая что-то себе под нос. Девушка до крови закусывала губы, твердо решив, что, как бы больно ей не было, она не будет кричать.
— О… — Дерек отложил кинжал и поднес ее правое запястье к глазам. — Знаешь, мой брат все-таки был прав — мы с ним похожи. Видишь вот этот едва заметный шрам? Это анефис, символ памяти. А что остановило его в прошлый раз? Почему он не закончил ритуал?
— Не знаю, — Элли покачала головой. Сама она решительно ничего не видела и радовалась краткой передышке.
— Когда он придет в себя — обязательно спрошу, — Дерек вновь принялся за свою кровавую работу, и теперь Элли уже не могла сдерживаться. Слезы градом катились по перепачканным кровью щекам — Дерек то и дело ласково гладил ее окровавленными пальцами — она кричала, пыталась брыкаться, но тело ее не слушалось.
— Осталось совсем немного, — Дерек погладил ее по волосам и тепло улыбнулся. — Совсем чуть-чуть, а потом — вечный покой. Но сначала, конечно, адские муки. Как думаешь, не пора ли нам обзавестись зрителем?
Не дожидаясь ответа, Дерек подошел к некроманту и, картинно всплеснув руками, приподнял низко опущенную голову. Лицо Корвина исказилось гримасой отвращения и превозмогая боль, он выпрямился.
— С добрым утром, — Дерек небрежно потрепал его по залитой кровью щеке. — Ты едва не проспал все самое интересное, но мы тут посовещались и решили, что ты выспишься сразу после.
