– Только не притворяйтесь, что вы не умираете от желания услышать ответы на эти вопросы! – Мердок, вероятно, был единственным человеком на свете, который мог пренебрежительно махнуть рукой в сторону Черного Сердца из Бен-Мора и не лишиться ее за это.
– А вам в голову не пришло, что это может быть чем-то, о чем ей невыносимо рассказывать или что вам будет невыносимо слушать? – прогремел сквозь стиснутые зубы низкий голос ее мужа.
– Да нет, все нормально, – проговорила Фара, ставя бокал на стол. – Это история не слишком увлекательна и не слишком травматична. Я не против того, чтобы поведать ее.
– Я в этом не участвую, – заявил Дориан, не поднимая глаз от стола.
– Тогда порадуй меня, детка. Как получилось, что дочь графа пришла работать в Скотленд-Ярд? – поинтересовался Мердок.
Фара устремила взгляд на вино приятного сливового цвета в изящном хрустальном бокале. Она давным-давно не вспоминала те ужасные, полные тоски недели после того, как забрали Дугана.
– От сестры Маргарет я узнала, что Дугана отвезли в Форт-Уильям. В тот же день мне также стало известно, что она сообщила о моей… привязанности к Дугану мистеру Уоррингтону, и тот уже отправился в путь, чтобы забрать меня из приюта.
– И ты сбежала?
Фара усмехнулась.
– В некоторой степени. Я была настолько мала, что смогла спрятаться за сундуком, привязанным к багажной полке в задней части кареты мистера Уоррингтона. Как только меня перестали искать, я проехала там прямиком до Форт-Уильяма, правда, то путешествие было куда менее комфортабельное, чем нынешнее.
Мердок улыбнулся.
– Негодяй и не догадывался, что ты была в его собственной карете! Умница, детка!
Чокнувшись с бокалом, который протянул ей Мердок, Фара криво улыбнулась.
– Да, но когда я добралась до Форт-Уильяма, Дугана уже отправили в тюрьму в южной части Глазго, которая называется Бург. Поэтому я продолжила путь в почтовой карете из Форта-Уильяма в Глазго.
– И тебя не поймали в дороге? – спросил Мердок.
– Конечно, поймали. – Фара рассмеялась. – Я была злостным зайцем. Но я сказала поймавшему меня почтальону, что меня зовут Фара Маккензи, что мы с братом сироты и мне нужно отыскать его в Глазго. Тот человек сжалился надо мной, купил мне еды, позволил сесть впереди и продремать под одеялом оставшуюся часть пути до Глазго.
Блэквелл фыркнул в своем конце вагона.
– Тебе повезло, что он повел себя так.
– Теперь я это понимаю, – согласилась Фара. – Я тогда была ужасно наивной.
– Мне даже не верится, что ты была настолько глупа, чтобы сбежать в одиночку, – мрачно добавил Блэквелл, бросая на стол письмо. – Это просто чудо, что…
– Мне казалось, что вы не собирались участвовать в этом разговоре, – перебил его Мердок, подмигивая Фаре.
– Я и не участвую. Но при мысли о крошечной десятилетней девочке, которая оказалась одна на улицах Глазго…
– Если хотите поговорить, идите сюда и разговаривайте с нами, а если нет – заткнитесь, ради бога, и дайте леди закончить свою историю.
Фара была уверена, что Мердок подписал свой смертный приговор, но Блэквелл лишь выругался себе под нос, обмакнул перо в чернильницу и вернулся к работе.
– Так ты говорила?.. – подсказал Мердок.
– О да… м-м-м… где я была?
– В Глазго.
– Верно. В Глазго случилась та же история, что и в Форт-Уильяме. Тюрьма Бург была рассчитана всего на сорок человек, а в то время в ней находилось уже более ста. Так что Дугана уже отправили в Ньюгейт для работы на железной дороге. Почтальон, которого звали Роберт Маккензи, сказал, что в Лондоне у него есть кузен, который работает разносчиком продуктов. Он сказал, что не может оставить такую малышку из его клана, как я, без защиты, поэтому купил мне билет на поезд и отправил меня в Лондон. Прекрасный человек, – добавила Фара. – В течение десяти лет я каждый месяц писала ему письма, пока он не скончался от болезни сердца.
– А его кузен тоже был добр к тебе? – полюбопытствовал Мердок.
– О да! Крейг Маккензи и его жена Колин смогли завести только одного ребенка, довольно болезненную девочку по имени Агата. Как только я похвасталась, что у меня такая же фамилия, как у них, никто больше не спрашивал, что я делаю в их доме. Мистеру Маккензи нужен был помощник в доставке еды, так что я уж позаботилась, чтобы мой путь проходил мимо тюрьмы Ньюгейт, куда я приносила для Дугана еду и кое-какие вещи, деньги за которые вычитались из моего жалованья. Я работала с мистером Маккензи около семи лет и не возражала против этого. До того года, когда Дуган… умер. Мне казалось, что все переменилось после его смерти. Крейг оставил Колин ради молодой испанской танцовщицы. Они сбежали на континент, и его бизнес пошел прахом. Сестра Колин сообщила мне, что в Скотленд-Ярде нанимают прислугу. Таким образом, в семнадцать лет мы с Агатой начали работать там горничными.
Перо Дориана, поцарапав бумагу, замерло, но он по-прежнему не смотрел на Фару.
– Я искал тебя по всему чертовому Шотландскому нагорью, а ты тем временем отскребала полы в нужниках Скотленд-Ярда?
– Не так уж долго это продолжалось, – с гордостью объявила Фара. – Прежде чем Карлтон…
