— Причём я думаю, что он неправ в своих доводах насчёт того, что ты не должен спешить брать на себя обязательства, потому что твоё… положение завидного жениха, скажем так, это ценная дипломатическая карта. Это было бы правдой при нормальном курсе политики, но в данном случае, и полностью игнорируя тот факт, что тебе нужно как можно скорее произвести на свет наследника, кого бы ты взял в жёны? Дочь Гектора Айрис? Она, вероятно, почти такая же умная, как Шарлиен, и стала бы потрясающей королевой для Черис, но, в конечном итоге, ты бы не смог уберечь свой кубок с вином от яда. Может старшая дочь Нармана, принцесса Мария? Она тоже умна, хотя и не настолько, как Шарлиен или Айрис, но она также чрезвычайно привязана к отцу. Если окажется так, что ты снесёшь ему голову, она не простит тебе этого. И, честно говоря, я не думаю, что тебе понадобится династический брак, чтобы удержать Изумруд в узде после завоевания.
— После завоевания, — повторил Кайлеб. — Мне нравится, как это звучит, даже если я подозреваю, что все выказывают слишком много уверенности в нашей способности победить Нармана в любое время, когда нам это понравится. Но, вернёмся к Шарлиен…?
— Я просто говорю, что тебе нужно понять, что эта молодая женщина может предложить очень многое, если ты будешь достаточно умён, чтобы сделать её своим партнёром, а не только женой. Из всего того, что твой отец когда-либо говорил мне о твоей матери, я думаю, что у них, вероятно был именно такой брак, который тебе нужно постараться повторить, если она скажет «да». Не делай ошибки, думая, что это простая сделка, чтобы придать официальный статус союзу, Кайлеб. Прислушайся к этой женщине. Несмотря на то, кем она родилась, никто не передал ей трон, и из всего того, что я смог увидеть, никто не ожидал, что она его сохранит. Но она всё ещё на нём, а люди, которые думали, что смогут контролировать её или узурпировать её трон — нет. Она — огромная сила со своими собственными правами, даже если «Группа Четырёх» сделала ошибку, посчитав её и всё её королевство лёгкой добычей, и я думаю, что ваши враги найдут вас вместе гораздо более опасной комбинацией, чем по отдельности.
— Это именно то, на что я надеюсь, — тихо сказал Кайлеб.
— Ну, очевидно я не могу сказать наверняка, но будь я игроком, я бы сказал, что шансы на то, что она согласится — хорошие. На самом деле, это имеет смысл во многих отношениях, и даёт ответ на вопрос, будут ли Черис и Чизхольм серьёзно относиться к союзу между ними.
— И раздавит песчаную личинку, лежащую между нами. — Голос Кайлеба стал намного жёстче, чем до этого. — Я тоже хочу этого, Мерлин. Я так сильно хочу этого, что могу ощутить её вкус.
— Даже больше, чем ты хочешь приструнить Изумруд? — спросил совершенно нейтральным тоном Мерлин, и Кайлеб рассмеялся.
— Всё так, я хочу приструнить Изумруд. По многим причинам. Я не забыл, кто помог Кельвину нанять убийц, которые пытались убить меня. И, глядя на это с точки зрения логики, Изумруд для нас гораздо ценнее… и гораздо более опаснее, как отправная точка для будущих атак против нас. Не говоря уже о том, что Изумруд, в отличие от Корисанда, очень естественно и аккуратно попадает в сферу нашего развития и торговли. Но, судя по тому, что сказал ты, и что сказали нам шпионы Бинжамина, Гектор всегда был главной движущей силой, действующей против нас.
— Я бы не заходил так далеко, — сказал Мерлин. — Я признаю, что он гораздо более хладнокровный и амбициозный, чем Нарман. Вообще-то, он, во многих отношениях, странный человек. Если говорить про внутреннюю политику, про него можно подумать, что он безжалостный тиран; он не потерпит никакого вызова своей власти, и он вовсе не прочь… твёрдо придерживаться этой позиции, но он управляет своим народом действительно хорошо. Не делай ошибки, думая, что он не очень популярен среди своих людей, Кайлеб. Но когда дело доходит до политики внешней — это совершенно другой человек, который движим амбициями и он не видит абсолютно никаких причин беспокоиться о таких мелочах, как мораль.
