– Моя семья ни разу меня не удивила.
– Подожди, пока они тебе не позвонят. Этот день может изменить твою жизнь, – сказал Джейкоб. – Тогда и поговорим.
Клара сообразила, что это он про своего отца.
Телефонный звонок… Ей не позвонят, и она тоже не позвонит. У нее даже нет телефонов родителей. Но она сама решила все оборвать. сразу после рождения Айви. Зачем ей дедушка и бабушка, которые не могут дать любви ребенку?
Но для Джейкоба прозвучал судьбоносный телефонный звонок.
– Когда ты узнал? – спросила она. – О своем отце?
– Полгода назад. Я был в Нью-Йорке по делам, когда он позвонил.
– И ты прилетел домой?
– Тут же.
Она улыбнулась. Фостеры – это семья, которая держится вместе во всех испытаниях, потому что их соединяет любовь, полученная в придачу к свидетельству о рождении. Клара не понимала, как человек, выросший в такой атмосфере, может возражать против собственной семьи, собственных детей.
– Отец отослал меня обратно в Штаты, – продолжал Джейкоб.
– Почему? – удивилась Клара.
– Потому что он не хочет, чтобы его болезнь отразилась на бизнесе. – Типичные слова Джеймса Фостера, хотя Клара не видела его пять лет. Успех значил для Фостеров почти столько же, сколько семейные ценности. А может, и больше.
Но ей все равно нравился Джеймс Фостер. Миллионер, добившейся всего сам, он сколотил состояние при помощи изобретения медицинского прибора, назначение которого Клара даже понять не могла. Джеймс обладал обаянием Джейкоба, красивой внешностью и решительностью. Но именно благодаря деловым способностям его сына, умению разглядеть возможности нестабильного рынка «Фостер Медикал» достигла небывалого успеха.
Джеймс доверился Джейкобу. Не много отцов передали бы бразды правления в деле всей своей жизни сыновьям. Клара восхищалась Джеймсом.
Конечно, он сполна был вознагражден: деньги, престиж и просто удовлетворение от того, как основанная им компания растет и укрепляется благодаря сыну.
– Как бизнес? – спросила Клара.
– Растет. Как и твой, по общим отзывам.
Отзывам? Хотя чему ей удивляться – все вполне логично, он хотел убедиться, что дела в агентстве, которое он нанял, идут успешно.
– Мы с Мерри вложили много труда в «Идеальный Лондон».
– Я рад, что у тебя все получилось.
– Да? – Клара изогнула брови. – Я почти уверена, что ты хотел бы, чтобы у меня ничего не получилось, и тогда появляешься ты и заявляешь, что говорил мне это.
– Ничего подобного. – Джейкоб нахмурился. – Я не представлял, что тебе захочется заниматься собственным делом. Знай я это, помог бы. Мы даже могли бы работать вместе.
Может, она сама в себе не разобралась? Ей казалось, что она наверняка знает: Джейкобу и в голову не приходит, что ей захочется иметь больше, чем он ей давал. Знали они вообще друг друга? Их отношения – от знакомства до ее ухода – длились год и два дня, и они ни разу не поговорили о важных вещах, пока не стало поздно. Все, что Джейкоб знал о ней, – это то, что она показала ему, – человека, изголодавшегося по любви и вниманию и готового сделать все, чтобы стать той, какую он хотел увидеть.
Она рано ушла из семьи, нашла работу, делила квартиру с подругой, трудилась, не покладая рук. Клара думала, что это все, что ей необходимо. Так было до встречи с Джейкобом в лондонском баре в канун Рождества. И тогда – все случилось слишком быстро – она нашла любовь, дружбу, семью и брак. В двадцать один год, став женой, она так и не поняла, что ей нужно от жизни помимо этого.
Клара поняла, что не обрела своего «я», пока не ушла от Джейкоба.
Сейчас ей ни к чему его одобрение, его внимание. И не только потому, что у нее есть Айви и Мерри, – она знает, кто она и чего хочет, и верит, что всего в жизни достигнет. Она так сильно изменилась за пять лет, что ей хотелось плакать от жалости к той девушке, какой была.
Клара отвернулась и уставилась в окно, глядя на мелькавший деревенский пейзаж.
Она не ожидала, что может заснуть в машине рядом с Джейкобом и проспать почти всю дорогу до Шотландии. Она всего лишь решила притвориться спящей, чтобы тем самым прекратить волнующие ее разговоры. А когда снова открыла глаза, то увидела пейзаж Северо-шотландского нагорья.
– Прости за крутые повороты, – произнес Джейкоб, не сводя глаз с дороги. – Спутниковый навигатор показывает, что мы едем правильно.
Автомобиль сделал еще один поворот, и впереди замаячило внушительное здание из серого камня: зубчатые стены, похожие на бойницы окна…
– Полагаю, это то самое! – воскликнула она.
– Слава богу. Держись. – Джейкоб резко свернул на край дороги и остановился. Достав из кармана смартфон, он вылез из машины и стал фотографировать замок. Сделав несколько снимков, он снова сел за руль и завел мотор.
– Не припоминаю, чтобы ты увлекался фотографией, – сказала Клара.
Джейкоб пожал плечами:
– Я хочу, чтобы у мамы и Хизер осталось что-то на память об этом Рождестве.
– Уверена, что они и так не забудут. Но фотографии – это замечательно.
