И не было слез, не было мыслей, никаких желаний в ее вдруг ослабевшем теле, только жгла, кривила губы полынная горечь во рту.
Сашка с Костей в тот вечер не досидели до конца сеанса, ушли с половины.
— Умная картина, но не для нас, — заключил Сашка, когда за ними закрылась дверь клуба.
Был тихий теплый вечер и было еще светло, идти в общежитие не хотелось, они постояли, посмотрели на беззвездное небо, на притихший поселок, попыхали сигаретками.
— Может, прошвырнемся?
— Давай.
И они двинулись к парку, решетка которого белела в конце улочки, — там всегда табунились девчонки, можно было промотать вечерок не без пользы.
Не успели пройти и двадцати шагов, как увидели вышедшую из калитки Семину — рабочую мойки их мастерской. Тоська была в белом платье, выглядела шикарно, как в театре на премьере.
— Неплохая лошадка, — восхитился Сашка и ткнул в бок Костю.
Тот промычал что-то неопределенное.
— Вы куда, мальчики? — крикнула Тоська.
— Да так… гуляем, — ответил Костя.
— Тогда я вас беру в плен. Пошли, прово́дите меня.
Она подхватила их под руки, завернула обратно и потащила. От Тоськи несло теплом и духами.
— Только быстрее, — попросила она, — опаздываю.
— А куда мы так торопимся? — осведомился Сашка.
— К тете на именины.
— На именины? К тете? Тогда можно и бегом… Надеюсь, нам, как сопровождающим любимую племянницу тети, отломится кусочек от праздничного пирога?
— Конечно, — захохотала Тоська. — Только предупреждаю, тетя у меня строгая.
— Не в племянницу? Учтем.
Они шли тротуаром возле частых палисадничков, а когда поселок кончился, вышли на дорогу, шли серединой шоссе, похрустывая гравием. Впереди, затянутая сумерками, шумела Караганка, темнел мост, за мостом, на взгорье, рдели огни.
— Жениться вам надо, ребята, — сказала Тоська. — Столько девчат, а вы, черти, ходите холостыми. Вон ваш друг Портнягин, не терял времени.
— Портнягин — это Портнягин, — отозвался Сашка. — Если хочешь знать, это — мировой парень. Мы еще будем гордиться, что дружили с таким человеком, ели кашу из одного котелка… А жениться он поспешил, не одобряю его выбора.
— Почему же? — усмехнулась Тоська. — Вера — ничего девочка. Развита́я.
— Вот именно: ничего… Сухарь! Не люблю сухарей, их еще размачивать надо.
— А мне помнится, ты сам крутился возле Веры. — Тоська с любопытством взглянула в глаза Сашки. — Еще как крутился! Да она что-то не очень к тебе, Портнягина предпочла.
— Нужна она мне! — Сашка зло дернулся. — Пусть Портнягин этим сухариком похрустит…
— Не все сухари, есть и помягче. Женитесь на них.
— Ну, что ж, жениться так жениться, — обреченно вздохнул Сашка. — Я согласен. Давай выходи за меня.
Тоська захохотала:
— Ой, уморил! Ты, Саша, мелковат для моей комплекции. Вот за Костю я бы пошла. Возьмешь, Костик?
— Шутки шутишь? — спросил Чемоданников.
— Честное слово пошла бы! — сказала Тоська.
— А Ивана Цыганкова кому?
— Какое мне дело до него? — озлилась Тоська, прибавив шагу.
Но все в совхозе знали, что она второй год стреляет за овдовевшим Цыганковым, ходит в Караганку к его матери, носит игрушки и конфеты его трехлетней дочке.
— Где он сейчас? — поинтересовался Костя.
— Откуда мне знать?.. Говорят, пары пашет.
— Костя на тебе не женится, — засмеялся Сашка, — старовата трошки. Да и Маша Травникова не позволит, у него в невестах ходит.
— Перестань! — Костя ткнул его кулаком в бок.
Так они шли, смеялись, болтали о всякой всячине, пока не дошли до места…
В общежитие Сашка и Костя вернулись уже за полночь и навеселе.
Войдя в комнату, они остановились в изумлении: на койке Сашки спал, не раздевшись, Николай Портнягин, у порога стоял знакомый им его фибровый чемодан.
— Колька! — закричал Сашка. — Охламон ты этакий! Пришел?
Он подбежал, схватил Портнягина за ноги. Тот быстро поднялся, сел на койке.
— Совсем? — спросил Сашка, радуясь и еще не веря тому, что Портнягин ушел от Веры.
— Как видишь.
Сашка не забыл обиды, которую нанесла ему Вера на мосту Караганки.
— Из-за детальки? — полушепотом спросил он, подсаживаясь к Портнягину.
Тот неопределенно пожал плечами.
— Ивану Цыганкову она бы без разговоров весь склад отдала, а тебе, видишь ли, детальки пожалела.
— Почему Цыганкову? — Портнягин воззрился на Сашку.
— А ты, похоже, не в курсе? Давняя история, Коля, не стоит вспоминать.
— Какая история? Что ты выдумываешь? — возмутился Портнягин.
— Ну и черт с ней! — поспешно отмахнулся Сашка. — Завтра всунем сюда еще койку и — да здравствуют мушкетеры! Создадим общество старых холостяков Караганки… Костя, есть у нас там что-нибудь, хоть на донышке по случаю такого события?
— Нету, — ответил Костя, заглянув в тумбочку.
— Жалко!.. Ну иди сюда, обними этого блудного сына.
Костя тоже подсел на койку, они обняли Портнягина, покачнулись и запели: