Собирались группами по пять человек – сколько может поместиться в машину. Я слышала, как одна девочка говорила другой: «Я боюсь не смерти, а страха – вдруг мне перед смертью будет очень страшно!»
Съездили. Никто не пострадал, но все вернулись заплаканные. Друг наш живет в Вифлееме – это в Палестинской автономии. Израильтянам туда нельзя. Но ни наши пограничники, ни тамошняя полиция не проявили бдительности. Ездили на машинах наших арабских врачей – никто и не посмотрел, кто в них сидел.
Все-таки, хотя отца с матерью не утешишь, может, им удалось чуть-чуть отвлечься, пока угощали приехавших пахлавой и колой. И соседи видели, сколько народу приехало…
У нас так принято.
Профессия медсестры в наших краях считается надежной и достойной. Не скажу, что в школы медсестер идут обладательницы самых высоких IQ, но сестра, как правило, человек организованный, наделенный здравым смыслом, подготовленный к множеству домашних проблем, ставящих других женщин в тупик, и совершенно не беспокоящийся о возможной безработице. Квалифицированная медсестра всегда имеет хорошо оплаченную работу.
Моя племянница Лина приехала в Израиль с десятилетней дочкой и завидной специальностью «учительница русского языка и литературы». Тридцатилетней учительнице была прямая дорога на плантации, где она по десять часов в день собирала цветы и специально выращиваемые декоративные листья, ежеутренне отправляемые в Европу для украшения тамошних букетов. Потом сезон закончился, и она начала работать уборщицей и ухаживать за стариками. Годы шли, иврит ее стал удовлетворительным, а работа оставалась все та же черная и унизительная. Тут-то и возникла идея поступить на курсы медсестер.
При больнице обещали открыть двухлетний курс для обладательниц академической степени, по разным причинам не имеющих удовлетворяющей их специальности. Все это тянулось еще почти год. Курсы то собирались открывать, то вдруг передумывали, критерии отбора студентов несколько раз менялись, но в конце концов все утрясли и Лина стала законным очным студентом признанных министерством здравоохранения курсов медсестер при университетской больнице. Курсы были частично субсидированы, так что плата оказалась приемлемой, но надо было жить, растить дочку, платить за квартиру, а значит, стариков и уборок стало только больше, а еще прибавились домашние задания, экзамены, лабораторные и зачеты.
Обучение медсестер, как морских офицеров или иезуитских священников, – дело кастовое. Оно невозможно без суровости воспитателей. Самое важное – привить уважение к своей профессии и веру в свою особую миссию. Сестры у нас находятся под защитой могучего профсоюза и административно не подчинены врачам. Сестра подчинена только старшей сестре своего отделения, а та – только главной сестре больницы.
Лина училась изо всех сил. Предметы были непривычные для филолога и непростые. Главным курсом был предмет, не имеющий краткого названия в русском языке. В вольном переводе его следует назвать «уход за больным». Это обширный курс, включающий в себя также и большие разделы психологии.
Однажды утром на первый урок в класс вместе с преподавателем вошли директриса курсов и главная сестра больницы. Все трое были мрачны. Директриса оглядела аудиторию и строго сказала: «Диана, выйди из класса».
Диана выбралась из-за стола и, не смея задать вопрос, безропотно вышла. Директриса еще раз оглядела класс и сказала:
– Девочки, у меня для вас плохие известия. Я знаю, что вы все хотите стать медицинскими сестрами, связываете с этим курсом планы на свою жизнь, два года платили за обучение и работали изо всех сил, не зная выходных и развлечений. Но обстоятельства сложились не в нашу пользу. С этого дня курсы закрываются.
Что тут началось! Многие заплакали. У одной девушки случилась истерика, и она стала биться головой о парту. Почти все кричали и размахивали руками, обвиняя директрису и весь мир. Лина потеряла дар речи. Она не могла сказать ни слова и вдруг почувствовала, что обмочилась.
Тогда вступила преподавательница.
– Хорошо! – сказала она. – Теперь открываем тетради и пишем название новой темы. Заголовок в середине строки: «Стресс». Каждая из вас опишет, что она почувствовала, а также какие реакции наблюдала у других членов группы.
Она выглянула за дверь и сказала:
– Диана, заходи!
И беременная Диана полезла на свое место.
Много лет назад к нам в отделение поступил на специализацию молодой англоязычный врач. Его звали трогательным детским именем Цви. Он говорил на иврите с английским акцентом, редко стригся, носил мятые футболки и за неделю подкупил всех старослужащих своим веселым и открытым характером.
