Немного погодя Игорь сказал: «Укусила какая-то мошка, и сильно чешется. Вадик, посмотри, что там у меня на шее». Вадик глянул и ужаснулся – волдырь выглядел устрашающе. Он потянул за ворот толстовки и обнаружил, что и спина, открывшаяся в вырезе, покрыта отвратительными пунцовыми пятнами. На его громкое «это что?» подскочил Марк. Он снял с Игоря рюкзак, забрал ружье, стянул с него свитер и майку, и обнаружилось, что весь торс покрыт угрожающего вида пятнами, которые Игорь тут же начал ожесточенно чесать.
– Не, ребята, – сказал Марк. – Охота будет в другой раз. Сейчас надо быстро в больницу. Или хотя бы добраться до опушки, куда можно будет вызвать вертолет.
– Ты рехнулся? – возмутился Игорь. – Какой вертолет? Меня мошка укусила.
– Знаешь, что такое отек Квинке? – сурово спросил Марк. – Так вот: у тебя его нет! И надо очень быстро двигаться назад, чтобы успеть раньше, чем он появится.
Они двинулись обратно. Марк очень спешил. Вадик тащил всю поклажу за двоих. Игорь чесался. Теперь у него были свободны руки и он чесал ими ноги, задницу и живот. А иногда останавливался у дерева и почесывал о кору спину.
– Не останавливаться! – тоном фельдфебеля приказал Марк. – Что у тебя в аптечке, Вадик?
– Черт его знает… – пробурчал Вадим. – Это ж не моя машина. Я аптечку и не открывал.
– Ребята, я так быстро не могу, – пожаловался Игорь и сел.
– У нас есть минут пятнадцать, – сказал Марк. – Воду быстро допить, остальное бросим здесь. Не до барахла теперь.
Они скинули рюкзаки, подхватили Игоря, как двое приятелей ведут домой пьяного, закинув его руки себе на плечи, и пошли самым быстрым шагом, почти бегом. Вадик мельком подумал, что рохля Марк держит нагрузку очень хорошо – пожалуй, лучше него самого. Сам он тащил два карабина, весь взмок и дышал тяжело, как старик, спешащий к автобусу. А Игорь держался изо всех сил, но дышать ему было совсем трудно, и он все просил остановиться на минутку. Марк бормотал: «Сейчас-сейчас! Хорошо, что с тропы не сбились».
Они выскочили на опушку и перевели дух.
– Вадик, беги к машине и подгони ее сюда. Плевать, что нельзя заезжать, штраф заплатим. Но скорей, скорей!
Машина подъехала, Вадик выскочил с аптечкой в руках.
– Ох! – Марк выхватил из коробки упаковку и, вскрывая ее, проорал: «Будь благословен, джип и тот, кто формировал твою аптечку!» Он затянул руку Игоря повыше локтя ремешком из той же коробки и, чуть поковырявшись, ввел в вену полный шприц чего-то спасительного. После этого повалился на траву рядом с Игорем и из положения лежа излагал план действий:
– Теперь точно не помрешь. Сейчас отдышимся и повезем тебя в больницу. Вадик, ищи ближайший госпиталь.
Вадик плюхнулся на траву, привалился спиной к какому-то забору и забегал пальцами по экранчику телефона.
– Чёрта с два кто-нибудь попал бы ему в вену. Я бы сам не попал пару лет назад. У него давление небось шестьдесят на сорок. Тут нужен хороший хирург. Я хороший хирург, – говорил Марк.
– Ты вообще не врач, – хрипло отозвался Игорь. – Врач бы ваткой со спиртом протер, прежде чем в руку тыкать.
– Заговорил! – удовлетворенно констатировал Марк. – Голос еще не очень, но в сознании. Вставайте! Поехали.
– Я ногу подвернул, – сообщил Вадик, – пока к джипу бежал.
– Славно поохотились, – пробормотал Игорь. – Как мои девочки любят: ни одно животное не пострадало.
– Ой, не скажи, – откликнулся Вадик и похромал к водительской дверце.
Марк сделал задание по математике – ничего трудного. Потом упражнение на иврите. Легкотня! Английский занял пять минут. Просто вставить в предложения недостающее слово. Причем слова были внизу под упражнением. Вписать те, что подходят, каждый дурак сможет. Осталось только закончить задания по разным «наукам».
Марк их не любил и не очень понимал. Но мама знает в науках все. И Марк не стал разбираться, а сразу пошел и спросил, какой ответ правильный.
Мама начала объяснять про молекулы. Раньше она вздрагивала, когда Марк подходил к ней с вопросами по науке, потом привыкла. Но просто сказать, какой правильный ответ надо написать, она не захотела, а начала объяснять с самого начала. Марк все эти науки воспринимал как какую-то неприятную игру по неясным правилам. Ведь каждый чувствует, что все вокруг твердое и сплошное, но по правилам надо было говорить, что состоит из маленьких дрожащих фитюлек. Когда песок или воздух, то ладно, а если смотришь на трактор? Ведь видно, что там нет никаких молекул. Но если хочешь получить по наукам хотя бы 90, нужно знать, как ответ записать. И мама всегда помогает.
Заодно они поговорили и о том, чем живое отличается от неживого, и о том, как устроен внутри человек, – это было правда интересно, и детский анатомический атлас Марк мог рассматривать без конца. А с мамой еще лучше – она рассказывала каждый раз что-нибудь еще.
– А скажи, вот ребеночек этот, что еще не родился, он там в животе не мешает? Ну, какать или сердцу стучать?
– Мешает, – вздохнула мама, – но приходится потерпеть. Всего только девять месяцев.
– Да, я еще хотел спросить: ведь семечко у мальчика, так ведь?
