Винни все не мог налюбоваться на изящную роспись Клода Пэйна на вкладыше компакт-диска и его же серебряный браслет с подвеской в виде гроба с откидывающейся крышкой. Оказалось, что перед отъездом из Тихих Лип Клод собственной персоной, без охраны, заявился в «Кладовую» Эдди и тот не упустил возможности попросить у него автограф. А за какую-то особую услугу, подробности которой Эдди наотрез отказался раскрывать, Клод расплатился одним из своих браслетов, служивших ему таблеточницей. Причин подозревать Агнес во лжи у Винни не было, и все же не верилось, что Эдди добровольно согласился расстаться с таким сокровищем.
– Нисколько, – повторила Агнес. – Почему тебя так удивляет, что кто-то просто захотел сделать тебе приятное?
Винни не знал, что и сказать. На самом деле, люди не так уж и редко бывали бескорыстно добры к нему, но каждый раз ему казалось, что это какая-то ошибка. Что он не достоин такого отношения.
– На всякий случай хочу уточнить. Пока ты мило болтала с Эдди, уговаривая его отдать тебе браслет, за твоей спиной не маячил с угрожающей физиономией Тейт? А то у меня определенная репутация в городе, не хотелось бы ее портить.
– Я в это время был с тобой, дебил, – сердито буркнул Тейт.
Агнес засмеялась, и от этого Винни стало так хорошо, будто он не провел последние несколько часов, лежа на стылой земле среди могил и самозабвенно жалея себя.
– Думаешь, Клод реально хранил в этом гробу таблетки от депрессии? Что-то я сомневаюсь. Кстати, как он выбрался живым из клуба?
– Не знаю, – Агнес пожала плечами. – Кто-то говорит, что он уехал сразу после того, как спел ту песню. Кто-то – что забаррикадировался в гримерке вместе со своим менеджером. Выбирай любую версию.
Винни отпил немного пива из бутылки и окинул взглядом вид, открывавшийся с крыши дома № 713 в Сквозном переулке. Подсвеченный разноцветными огнями город спал. Ночи с воскресенья на понедельник всегда были самыми тихими, и раньше Винни стремился к тому, чтобы они пролетали как можно быстрее. Его страшила тишина, в которой собачий лай звучал пронзительно громко. Но сегодня этот страх покинул его вместе с Лайзой Джейн. По венам вместе с алкоголем растекалось освобождающее разум спокойствие, и Винни охватило чувство единения с городом и со всем миром. Казалось, это его сердце своим ровным биением запускает движение на дорогах, его дыхание заставляет деревья плавно качаться, шелестя опадающей листвой. Будто осень наступила только потому, что он очень устал и ему нужно было умереть, чтобы возродиться.
– Тебе бы чаю горячего выпить, а не пиво хлестать, – сказал Тейт. – Если заболеешь, даже не вздумай жаловаться.
Его попытки отправить Винни спать с треском провалились, и последние полчаса он то и дело сыпал мрачными предзнаменованиями.
– Не заболею. – Винни сделал еще глоток. – Не сегодня.
Он сидел на самом краю крыши, свесив одну ногу и подставив лицо ветру. Его тело и душа, пылающие невидимым огнем, разгорались еще жарче от вида домов и улиц, ставших для него родными. Тихие Липы не менялись из года в год, не уступая течению времени. Пайпер ужасно страдала от этого, но Винни надеялся, что так все и останется еще лет на десять или даже пятьдесят. Постоянством, которому ничто не угрожало, он рассчитывал насладиться сполна.
– Я схожу за пледом, – сняв руку Тейта со своего плеча, Агнес направилась к будке, за которой скрывался выход на лестницу.
Все-таки поняла, что Винни знобит, хоть он и бодрился. Провожая ее взглядом, Винни заметил, что Тейт продолжает пристально смотреть на него.
– Что? – Усмехнувшись, Винни вскочил на парапет, встав к Тейту спиной и раскинув руки в стороны, как Христос-Искупитель на вершине горы Корковаду. – Ревнуешь? Можешь сбросить меня, пока нет свидетелей, я даже сопротивляться не буду.
– Если бы хотел, спустил бы с холма, там было повыше.
Тейт подошел и поднял голову к небу, где в окружении созвездий сияла только одна луна. С минуту они оба молчали, а потом Тейт произнес:
– Ты бы все равно не смог оставить ее без присмотра.
– С чего ты так решил?
– Сам знаешь.
Иногда он бывал до жути прямолинеен. Винни обернулся с ухмылкой.
– И откуда в твоей бритой башке столько умных мыслей? – ироничный тон прозвучал фальшиво. Бывают ночи, когда любое притворство режет слух, и эта ночь была как раз из таких, поэтому Винни посмотрел на Тейта уже совершенно серьезно и сказал как есть: – Ты прав. Так что не смей меня подводить, я поверю тебе только один раз.
Агнес вернулась с пледом, и Винни послушно закутался в него, потому что был слишком вымотан, чтобы сопротивляться. У него не осталось сил вообще ни на что, и все же он знал, что сегодня не уснет. Как уснуть, когда внутри тебя открывается портал в другое измерение и каждый атом твоего тела затягивает в непостижимый водоворот, за которым ждет новая жизнь? Так странно. Винни всегда считал, что оказаться по ту сторону можно, лишь убив чудовище, охраняющее заветную дверь. Он и не думал о том, что случится, если позволить чудовищу победить.