– Да откуда мне знать?! А если бы ты… – Запнувшись, Агнес стиснула в кулаках концы шарфа. – А если бы ты что-то с собой сделал? Что бы со мной тогда было?
– Я? – Винни шокированно моргнул. – Что-то с собой сделал? Сбрендила?
Он хотел еще что-то сказать, чтобы выразить всю степень своего возмущения, но слова комом застряли в горле, потому что Агнес вдруг опустила голову и заплакала. Почти беззвучно и пряча от него лицо, будто боясь, что он ее отругает. Сначала Винни даже не понял, что произошло, но потом услышал тихий всхлип и растерянно огляделся, ища помощи. Только прийти на выручку, кроме мертвецов, было некому.
– Эй, ну ты чего? – Он осторожно потряс Агнес за плечо. – Все со мной в порядке. И вообще, как ты могла так про меня подумать?
Его неуклюжие попытки утешить возымели обратный эффект. Агнес зарыдала в голос, громко захлебываясь в неслучившемся горе и размазывая по щекам крупные слезы.
– Черт, Агнес… – беспомощно пробормотал Винни. – Пожалуйста, перестань…
Он впервые видел ее такой и не знал, что делать. Обычно, когда Агнес начинала выговаривать ему за что-то, он менял тему или отшучивался, занижая значимость своего проступка. Но прибегнуть к этой уловке, глядя на ее кривящиеся губы и опухшие глаза со слипшимися ресницами – присмотревшись, Винни пришел к выводу, что она уже плакала сегодня не раз, – казалось верхом цинизма. Ему стало ужасно стыдно за себя. За то, что сбежал и отключил телефон. За то, что позволил себе так расклеиться. За то, что еще недавно всерьез думал о том, чтобы бросить Агнес так же, как Пайпер бросила его, хотя сам и дня бы не продержался в мире, где ее нет.
– Ты правда настолько плохо меня знаешь? – Заключив лицо Агнес в ладони, Винни заставил ее посмотреть на себя. – Окей, раз так, твоя взяла, я отвечу на твой сокровенный вопрос. Поэтому слушай внимательно.
Подождав, пока Агнес немного успокоится, Винни заговорил, взвешивая каждое слово и неотрывно глядя в ее глаза, блестящие от слез:
– Ты спросила, как я к тебе отношусь. Так вот, Агнес, ты мой лучший друг. Моя младшая сестра. Самый близкий и самый дорогой человек для меня на всем свете. Я никогда тебя не оставлю, слышишь? Никогда. Буду рядом до самой смерти, и даже если умру раньше тебя, то буду ходить за тобой бесплотным духом до тех пор, пока какой-нибудь идиот не согласится одолжить мне свое тело, чтобы мы могли снова встретиться. Поняла?
Агнес поспешно, словно он вот-вот заберет слова назад, кивнула, но потом снова посмотрела с недоверием:
– Обещаешь?
– Обещаю, – твердо сказал Винни.
Потому что общания стоило давать только тем, для кого они что-то значили.
Он попытался встать, но Агнес помешала ему, внезапно обняв. Ее тонкие руки, всегда тянувшиеся к нему, обвили его шею. Ее красивое лицо, как подсолнух, всегда обращенное в его сторону, уткнулось в его плечо, и Винни по привычке задержал дыхание. Пару секунд он ждал, когда Агнес его отпустит, но она не отпускала. И в конце концов Винни не выдержал. Подчинившись своему сердцу, которое отчаянно требовало вручить себя кому-то, он обнял Агнес в ответ. Крепко прижал ее к себе и надолго замер, чувствуя, как его душа, снова обернувшись океаном, выходит из берегов.
Когда Агнес перестала всхлипывать и вокруг снова воцарилась тишина, слух Винни уловил присутствие на кладбище кого-то еще. В голове за секунду пронеслись худшие варианты развития событий, но, подняв голову, Винни увидел лишь Тейта, стоящего рядом со скрещенными на груди руками.
– И ты здесь…
– Как видишь.
Винни бережно отодвинул Агнес от себя.
– Давно тут стоишь?
– Давно.
Стоило догадаться, что Тейт не отпустил бы Агнес ночью одну на кладбище. Винни стало неловко. Он с опаской всмотрелся в бледное лицо Тейта, выискивая в нем малейшие признаки неодобрения, но тот выглядел совершенно безразличным к увиденному. Такой невозмутимый и самоуверенный, что впору было бы обидеться. Вот что с людьми делают загорающиеся гадальные шары. Хотя Тейт и раньше был таким.
– Идем, – сказал он, подойдя ближе. – Есть подарок для тебя, но он остался в магазине.
– Подарок? – удивился Винни. – Какой? Надеюсь, не новый шар, потому что меня это больше не интересует.
– Вставай, и узнаешь.
– Это подкуп?
– А тебя надо подкупить, чтобы ты перестал одиноко валяться в грязи?
С этими словами Тейт протянул Винни ладонь. Посмотрев на нее, Винни грустно усмехнулся. В подкупе он, конечно, не нуждался. Можно было возразить, что в одиноком валянии в грязи есть своя терапевтическая польза, но спорить не хотелось. Хотелось оставить все печали позади, воспрянуть духом, принять помощь. Пойти домой и согреться. По-другому Винни не умел, поэтому он взял Тейта за руку и позволил ему поднять себя на ноги.
– Серьезно, Агнес, сколько ты ему заплатила?