Коридор пустовал. Пока. Прицепив бейдж на лацкан, Лэнс ускорил шаг, догоняя напарника. Коммуникатор в кармане завибрировал, принимая сообщение.
— Необходимого нам человека зовут Эстер Драммонд. Она руководитель аналитического управления. Мы давно должны были завербовать ее, но теперь ее жизнь под угрозой из-за Мозаики.
Лэнс кивнул. В бункерах было опаснее, чем в центре города. Мозаика, судя по данным, учитывала только определенное число людей, живущих в данной местности; в густонаселенных областях исчезали самые тихие районы, но там, где людей было вообще мало, никакой корреляции не наблюдалось. Исчезали селения бедуинов и арктические станции, исчезали горные курорты и корабли в океане. Вместе с водой.
В коммуникаторе обнаружилось досье, список паролей и кодов и поэтажный план бункера. Навстречу им никто не бежал, сирены не завывали: камера должна была уже разморозиться, а отнейраленный сотрудник — добраться до лазарета. Значит, пока их не заметили. Кабинет мисс Драммонд находился уровнем ниже. Судя по досье, она была ровесницей Лэнса. Милое лицо, которое наверняка в жизни выглядит куда лучше, чем на официальном фото.
Первый человек (строго говоря, второй, но предыдущий их не запомнил) встретился им на лестнице. В бункере работал и лифт, но Гаутама решил, что так будет меньше риска. Женщина с незапоминающимся лицом, цокая каблуками, пробежала мимо них, окинув быстрым взглядом. У нее были светлые волосы, и Лэнс на миг поверил: им улыбнулась удача, и мисс Драммонд сама пришла к ним. Но нет. Женщина побежала выше, Гаутама невозмутимо спускался дальше. Лэнс перехватил нейрализатор, который он все еще держал в руке, поудобнее и тоже ускорил шаг.
Вспышка могла бы привлечь ненужное внимание.
Выход на следующий уровень преграждала запертая дверь. Гаутама поднес к замку бейдж, и тот пискнул, открываясь. Лэнсу вдруг стало страшно — неожиданно, потому что раньше он влипал в куда более опасные приключения, чем попытка забраться в бункер ЦРУ, но объяснимо. Нельзя отстреливаться и нельзя дать себя захватить. И вокруг люди, которых они должны защищать. Ситуация почти патовая.
Этот коридор был куда более людным. Они привлекали внимание.
— Вот, — сказал Гаутама, останавливаясь у входа в огромный зал. — Ее кабинет там.
За стеклянной стеной раскинулся просторный опен-офис с кубиклами на четверых. В дальнем его конце располагался кабинет — тоже за стеклом; в кабинете кто-то находился, но отсюда Лэнс не мог разглядеть, кто именно.
— Уверенней. Не сомневаться, — пробормотал Лэнс.
Гаутама удивленно покосился на него.
— Нам ничего не угрожает, — сказал он и, коснувшись замка бейджем, открыл дверь в зал.
Оглушительный гомон хлынул в уши. Гаутама уверенно пошагал через зал к кабинету. Дрожь пробежала по спине, и на этот раз приятная. Лэнс двинулся следом, не глядя по сторонам. До него долетали обрывки разговоров:
— …месторождения бокситов. Нужно проверить, не всплыли ли они в Китае!
— …исчерпали все квоты на выбросы. Малахит…
— …волнение в Мичигане. Фабрика по производству… саботаж? Запрашиваю…
— Согласно нашим расчетам, запасы топлива не превышают…
— …вместо нее — пруд с уточками, представляешь?
Люди громко расхохотались. Лэнс едва не обернулся посмотреть, кто это смеется и о чем они вообще говорят, но кабинет оказался уже совсем рядом.
Женщина, сидящая там, действительно выглядела гораздо милее, чем на официальном фото. Надо сказать, она выглядела просто сногсшибательно мило. Лэнс ни за что не сказал бы, что ей за сорок. Скорее, около тридцати. Или даже младше. Из тех, которых даже на пенсии принимают за школьницу.
Гаутама постучал и вошел. Женщина — мисс Драммонд — подняла голову и посмотрела на него. В ее глазах Лэнс не заметил узнавания.
— Что вам нужно? — спросила она. — И кто вы такой?
— Я — агент Стивенс, это — агент Уайатт, — ровным голосом ответил Гаутама. — Вас срочно вызывают в Вашингтон. Мы приехали сопроводить вас в штаб-квартиру.
Ее теплые карие глаза прищурились. Сквозь ангельский облик мелькнуло что-то хищное.
— По чьему распоряжению? — Она встала, оказавшись на голову ниже Лэнса, даже на каблуках. Гаутама возвышался над ней, как небоскреб над церковью. — И где приказ? Почему мне никто не сообщил?
Судя по тому, что Гаутама подготовился, сообщат именно сейчас. И действительно, зазвонил телефон, стоявший на столе — без кнопок, ужасно архаичный на вид. Мисс Драммонд сняла трубку.
— Да. Да, сэр. Слушаюсь, — проговорила она. Ее лицо смягчилось, но улыбка не тронула губ. Гаутама переступил с ноги на ногу. Да ведь он нервничает! Лэнс моргнул. Нервничает, и мисс Драммонд ничего не знает о переводе! Это не было похоже на заранее спланированный уход. Значит, операция не санкционирована. Это самоволка. Или вообще похищение.
Ух ты.
Мисс Драммонд обогнула их, окинув мимолетным взглядом (Лэнс инстинктивно едва не улыбнулся ей, но успел сдержаться), и вышла в зал.
— Меня вызывают в ДиСи, — бросила она секретарю. — По китайскому вопросу докладывать мне незамедлительно.
