— Ты можешь начать попозже, не с первых дней семестра, а когда почувствуешь себя лучше.
Джейсон ничего не отвечал.
— У тебя ещё есть время подумать. Я бы хотел, чтобы ты учился дальше.
Опять никакого ответа.
— Я бы хотел, чтобы ты вернулся в Лондон. Мне одиноко без тебя.
Джейсон разжал сплетённые вокруг колен руки и, уперев их за спиной в песок, чуть откинулся назад. Дэниелу показалось, что губы Джейсона приоткрылись, чтобы что-то сказать, но ответа всё же не последовало.
— Джейсон, — заговорил Дэниел, пододвигаясь чуть ближе, — можно прикоснуться к тебе?
Тот не сразу, но всё же кивнул.
Дэниел придвинулся еще ближе и обхватил Джейсона рукой за плечи. Тот несколько секунд сидел недвижно, напряжённо, словно неживая деревянная статуя, но потом тело его расслабилось, поддалось, и он склонился к Дэниелу, положив голову ему на плечо.
Аманда вышла из дома и пошла по дорожке к морю. Она была недовольна тем, как прошёл разговор с Астоном. Она пробовала снова взяться за книгу, но не могла на ней сосредоточиться и решила сходить проверить Джейсона. Она опасалась, что Астон может повести себя неправильно и одной неуместной фразой свести на нет все её недавние усилия. Она издалека увидела высокие тёмные фигуры телохранителей. Не дойдя до них, она решила срезать и спуститься вниз к морю чуть раньше — прямо по траве. Она заметила на пляже две сидящие фигуры и готова была направиться к ним, но наперерез ей двинулся Хиршау, остановив её запрещающим жестом руки.
Она недоумённо на него воззрилась. Он лишь кивнул в сторону моря.
Аманда надела висевшие на шее очки. Две неподвижные фигурки на фоне моря не просто сидели рядом. Астон обнял Джейсона, а тот — Аманда глазам своим не верила — прижался к нему и склонил голову на плечо. Джейсон, замкнутый, напуганный, напоминавший ей заколдованного принца, Джейсон, ни с кем не говоривший и с ужасом отшатывающийся при малейшем касании, отвечал на объятия другого человека.
Аманда простояла так несколько минут. Она не могла отвести взгляд от этой картины: серого моря, огромного неба, светлого песка и двух маленьких фигурок, прижавшихся друг к другу, цепляющихся друг за друга, ищущих спасения друг в друге. Эта картина была воплощением и горя, и счастья, и покоя. Она была прекрасной, трогательной… и душераздирающей.
Невозможная любовь. Неправильная. Только не эти двое… Они лишь разобьют сердца друг другу.
Аманда покачала головой. Астон был прав, когда сказал, что у неё не было ничего. Ни карьеры, ни отношений… В её жизни никогда не было такой любви. Но она хотела бы хоть раз, хотя бы один-единственный раз разделить с другим человеком чувство подобной силы. Только она не была уверена, захочет ли платить такую же цену.
Глава 43
Дэниел не мог понять, куда делся Джейсон. Его не было ни в маленькой гостиной, где он обычно сидел по вечерам, дожидаясь его, ни в библиотеке, ни в кабинете, ни в столовой. Он поднялся наверх — там комнаты тоже были пусты. Только в маленьком кабинете, которым обычно пользовался Джейсон, на столе лежало сразу несколько раскрытых книг и тетрадей, свидетельствуя, что он всё же где-то тут был и занимался своей, на взгляд Дэниела, хаотичной и бессистемной, но тем не менее весьма успешной учёбой.
Астон взглянул на обложки. Математические методы в финансах и инвестициях. Системы баз данных. Актуарные вычисления и исследования. Международная денежная система.
Смотреть на остальные он даже не стал. Джейсон немного опоздал к началу семестра, но зато сразу начал учиться с пугавшей Дэниела одержимостью. Он временно прекратил работу в офисе и всё освободившееся время посвящал учёбе. Дэниел не сомневался, что если он продолжит зимний и весенний семестр в том же духе, то на следующий учебный год у него уже курсов не останется. Он понимал, что Джейсону не требовалось по-настоящему заниматься некоторыми дисциплинами: его знания по алгебре, вычислительной математике или теории вероятности были гораздо обширнее и глубже тех, что требовались программой, но даже со скидкой на это семестр перед летними каникулами показался Дэниелу излишне перегруженным. Он хотел, чтобы Джейсон поумерил свой пыл и осенью взял на себя более разумную нагрузку, но в итоге — после всего того, что произошло летом — не решился настаивать. Пусть лучше он целыми днями занимается очередной прикладной разновидностью математики — в страховании, в инвестициях, в чём угодно, лишь бы не возвращался в то замкнутое безжизненное состояние, в котором пробыл всё лето.
В середине сентября доктор Риккетс вернулась назад в Коннектикут, чтобы дописать свою работу. Она сама признавала, что в спокойной обстановке острова Хиддензе, освобождённая от бытовых проблем, сильно продвинулась вперёд. Дважды в месяц она приезжала в Лондон, чтобы проверить состояние Джейсона и, если было нужно, дать свои рекомендации.
