— Ты не станешь принимать от него этот подарок. Я не позволю своему секретарю позорить меня в моём же доме!
— Я и не собирался… Отпустите меня!
Астон разжал пальцы.
— Ты немедленно напишешь ему вежливый отказ. Я хочу видеть письмо перед отправкой.
Астон пересёк комнату и вышел. Джейсон поднял брошенный им на пол конверт, положил на маленький письменный стол и опустился на стул. В голове начала появляться пульсирующая боль. Рипли просто сумасшедший… На что он рассчитывал? Что ему вообще нужно?
Через полчаса Джейсон сочинил исключительно вежливый ответ, поясняющий, что машину невозможно принять в силу разнообразных причин, а также того, что он постоянно находится в разъездах и просто не будет иметь возможности пользоваться столь замечательным автомобилем. Астона такой ответ вполне удовлетворил.
Джейсон пару дней не показывался за общим столом, чтобы не выводить из себя оскорблённых случившимся Камиллу, Личи и прочих дам, которые, разумеется, были уязвлены до глубины души. Слухи о выходке Рипли расползлись неимоверно быстро. Уже на следующий день Джейсону из Парижа позвонила Джанет Дуглас, чтобы разузнать подробности скандала, а чуть позже — Филипп Аремберг. Он был просто в восторге от новости.
— Господи, я так и вижу их физиономии, когда они поняли, кому Рипли прислал машину! Нет, нет! Даже не так… Я бы полжизни отдал, чтобы самому увидеть их кислые лица в тот момент. Мерзкие бабёнки теперь возненавидят тебя ещё больше. Два миллиардера тебя чуть ли не из рук друг у друга рвут, а им приходится довольствоваться инструкторами по фитнесу.
Джейсон не разделял восторгов Филиппа. Его жизнь и без вмешательства Рипли не была простой.
***
В конце июля должно было состояться то самое празднование столетнего юбилея корпорации Рипли, на которое Джейсон получил приглашение. Он был официально включен в список гостей. Многие об этом знали и уже предвкушали очередной скандал. Астон, который в течение нескольких недель старательно делал всё, чтобы его секретарь не смог встретиться с Рипли, попробовал запретить ему ехать на Гарду.
— Вы думаете, я так рвусь туда попасть? — спросил Джейсон. — Но отказаться теперь было бы невежливо и слишком… демонстративно.
— И, тем не менее, я жду, что вы откажетесь, Коллинз, — жёстко заявил Астон. — Вы не будете выставлять меня на посмешище перед обществом!
Их разговор происходил в лондонском офисе Астона, куда они на время вернулись с Ривьеры. Был конец рабочего дня, Джейсон был и без того уже вымотан бесконечными отчётами и придирками начальника, чтобы выслушивать ещё и замечания касательно своего поведения.
— Вы сами с этим вполне успешно справляетесь, — довольно резко ответил он. — Хорошо, я не буду там присутствовать, пусть все знают, что вы боитесь подпускать меня близко к Рипли. Из этого сделают вывод: вы до сих пор ревнуете. Если вы этого хотите — пожалуйста, как вам будет угодно. Я с огромным удовольствием останусь в Лондоне.
Астон заскрипел зубами с досады, понимая, что Джейсон прав: его вмешательство в ситуацию будут расценено всеми, в том числе его беременной женой, как нелепая ревность. Какое бы правдоподобное объяснение не предложил Джейсон в случае своего отсутствия, всё равно многие подумают, что связано оно с тем нашумевшим подарком. Да и Рипли был не тем человеком, с которым Дэниелу не хотелось бы портить отношения.
В конце концов Джейсону всё же было позволено поехать на грандиозное празднество, устраиваемое Рипли на вилле Боргезе. Он отправился туда прямо из Лондона, тогда как Астон за пару дней до этого вернулся на Кап-Ферра. Они с Камиллой собирались приехать на остров на полдня раньше Джейсона. Наверняка жена хотела как можно сильнее дистанцировать себя от секретаря. Тот не возражал.
Джейсон приехал на остров так поздно, как только это было возможно сделать, не нарушив правил приличия. Он испытывал смешанные чувства к Рипли, да и злить Астона тоже не хотелось. Тот последние дни в Лондоне пребывал не в духе: не ладились какие-то дела в Штатах, к тому же, он никак не мог отделаться от очередной своей пассии, которая чуть ли не преследовала его. Он встречался с этой девушкой в Лондоне на протяжении последнего месяца, сменив на неё мистера Сайкса, которого Джейсону так и не посчастливилось увидеть. Теперь же девица собиралась ехать за ним на Ривьеру. Брент допускал, что в ней — чисто теоретически — могло воспылать большое и светлое чувство, но склонялся к мысли, что больше всего её интересовали деньги. Астону, естественно, пришлась не по душе идея, что любовница, пусть и бывшая, будет находиться в опасной близости от его жены, пребывавшей в положении.
Вилла Боргезе-Кавацца и прилегающие к ней сады произвели на Джейсона сильное впечатление. Его было не удивить пышной обстановкой и изысканными интерьерами, но здесь всё было иначе: чувствовались история места, течение времени и архитектурный гений. Но просто так ходить и рассматривать сад возможности не было. Этот день, как и следующий, был чередой торжественных мероприятий, обедов и ужинов.
