Его челюсть судорожно сжалась, Стюарт и сам не знал, от желания или злости, или, может быть, от ревности ко всем тем, кто обладал этим телом до него и будет обладать после. С губ его слетел сдавленный стон. Джейсон сверкнул на него своими яркими, блестящими, понимающими глазами и притянул к себе, заставив запрокинуть голову, и его язык прочертил по шее Стюарта от плеча вверх горячую дорожку, закончившуюся нежным, быстрым укусом. От влажного прикосновения зубов и языка Джейсона, от тёплого сбивчивого дыхания, пощекотавшего ему ухо, Крамера словно хлыстом ударило. Всё его тело вздрогнуло, в голове застучала кровь, и эта же пульсация отдавалась внизу, в паху, наполняя тяжестью и жаром низ живота.
Он оторвал Джейсона от себя и толкнул к столешнице, где возле двух раковин лежали стопкой маленькие полотенца. Он развернул Джейсона к себе спиной и заставил нагнуться, и его рука тут же скользнула ему между ног, сначала погладив член, потом яички, потом небольшой промежуток, прикосновение к которому вызывает такие приятные ощущения во время секса, а потом бесцеремонно проникнув внутрь.
Джейсон дёрнулся от боли, уткнувшись лбом в полотенца, когда сразу два пальца Стюарта вошли в него. После недавно принятого душа кожа снаружи была сухой и чистой чуть не до скрипа. Но боль была только на самом входе: внутри всё по-прежнему было влажным, скользким, растянутым. Пальцы Крамера надавили на простату, и Джейсон застонал от наслаждения, уткнувшись лицом в скрещенные на столешнице руки. Стюарт определенно кое-чему научился за прошедший месяц, хотя он и так был хорош, очень хорош в своём особом, грубоватом, немного неловком роде. Чёрт с ними, со всеми этими премудростями, Стюарт справлялся и без них, мог оттрахать его и так…
Каждое прикосновение пальцев любовника вызывало в нём сладкую судорогу. Но продолжалось это недолго. Пальцы выскользнули из него, и внутрь толкнулся гораздо менее гибкий, зато более толстый и длинный член. Крамер входил в него медленно, неторопливо, но потом сразу начал двигаться быстрыми, резкими рывками, сопровождая свои сильные движения короткими стонами, похожими на рычание.
Стюарт опирался руками на столешницу, а бёдрами вбивался в Джейсона, входя в него полно, глубоко, до конца, чувствуя одновременно и лёгкое сопротивление грубости, и пробирающую всё тело сладкую дрожь, когда он касался чувствительного места внутри него.
Он нашёл левой рукой член Джейсона и начал его сжимать и гладить. Джейсон в ответ так волнующе изогнул спину, подавшись вперёд, что Крамер на пару секунд потерял контроль над собой и чуть не сорвался на ту коротенькую дорожку, что уже неотвратимо ведёт к оргазму. Он сдержался в последнюю секунду, впившись ногтями во внутреннюю сторону ладони. Боль помогла…
Ещё несколько толчков бёдрами, несколько движений рукой по члену Джейсона, и тот кончил, захлёбываясь стоном. Крамер, чувствуя, что партнёр приближается к оргазму, тоже позволил себе расслабиться. Его движения стали более частыми, резкими, и вскоре удовольствие накатило обжигающей волной.
Он вышел из Джейсона, но не отпустил его: он прижался к нему сверху, начал целовать его волосы, шею, плечи, гладя и лаская руками, оставляя по всему телу влажные тягучие следы спермы.
— Это безумие, безумие, — шептал он, задыхаясь, покрывая поцелуями замершего под ним Джейсона. — Почему ты… Ты сводишь меня с ума… Я не могу так…
Крамер ещё пару минут прижимал его к себе и обнимал, покрывая поцелуями.
Глава 69
Несколько дней на вилле прошли спокойно. Джейсон по-настоящему отдыхал впервые за многие месяцы: учёба была закончена, работы практически не было — Астон тоже устроил себе небольшой отпуск. Они почти не виделись, так как хозяин дома проводил время в основном с гостями и семьёй, а Джейсон предпочитал или находиться в своей комнате и в отдалённых частях сада, чтобы никому не мешать, или ездить к морю на другие пляжи. Тот, что прилегал к вилле, был не очень удобным, и там постоянно находились если не Камилла, то кто-нибудь из гостей, состоявших в основном из её подруг.
Как Рипли и обещал, Джейсону пришло официальное приглашение на приём. Миллиардер проводил его на острове Изола дель Гарда и арендовал для этого события весь остров, принадлежащий состоятельному итальянскому семейству. Приглашение было напечатано на плотной бумаге, которая даже на ощупь была дорогой. В верхней части был не просто отпечатан, а ещё и выдавлен логотип корпорации Рипли: три пера, одно черное и два белых. Больше Рипли никак о себе не напоминал. От прислуги Джейсон знал, что он снова приезжал на виллу на три дня, но они совпали с пребыванием Джейсона в Лондоне.
Джейсон пережидал послеобеденную жару в своей комнате за книгой. Астон работал в своём кабинете, в приёмной дежурила мисс Вернье. Камилла с несколькими подругами вели разговоры в гостиной. Умиротворение и покой.
