Астон не сомневался, что Джейсону кто-то помогал, и, скорее всего, помогал кто-то влиятельный. Вот только они не могли понять, ни кто именно, ни как Джейсон поддерживал с этим человеком связь. Он несколько недель почти не покидал дома за редкими исключениями, а до этого везде появлялся только в присутствии охраны. Все его телефонные разговоры записывались и прослушивались. То, что он делал за своим ноутбуком, тоже тщательно логировалось: что он писал, на какие сайты заходил, какими приложениями пользовался. Специалисты Эдера были уверены, что не оставили ему ни одной лазейки. В компьютерах Джейсон, возможно, разбирался получше Астона, но его умения простирались не настолько далеко, чтобы взломать или обойти программы, установленные службой безопасности.
Дэниел с трудом заставлял себя заниматься работой и делами. Он часами только и ждал, что Эдер сообщит ему, что они нашли — нет, не Джейсона, в такую удачу он уже не верил — какую-то зацепку, которая указывала бы на то, где он прятался. Он знал, что Джейсон всё продумал и не стал бы подвергать себя опасности, но всё равно боялся за него. Что, если его ввели в заблуждение и сейчас накачали наркотиками и пытают в каком-нибудь грязном подвале? Он не особо переживал за собственный бизнес, вернее, переживал — но меньше, чем за Джейсона. Деньги и влияние можно утратить, но потом отвоевать вновь, а человека теряешь навсегда. Была и другая мысль, которая мучила его гораздо сильнее, прогрызаясь через злость на Джейсона и тревогу за него: мысль о том, что он сейчас мог быть с другим.
Организовать побег было делом опасным, хлопотным и дорогостоящим; Астон не мог представить, что кто-либо стал заниматься этим бескорыстно или из дружеских побуждений. Джейсон мог представлять ценность лишь по двум причинам: либо как источник информации, либо как любовник. И если верным было последнее… Думать об этом было невыносимо: его словно жгло калёным железом при мысли о том, что Джейсон отдавался другому мужчине с той же нежностью и страстью, как когда-то ему, что его завораживающие серые глаза оттаивали для кого-то ещё, кроме него. Он и раньше испытывал ревность, иногда совершенно беспричинную, больше похожую просто на страх потерять, но никогда она не была такой болезненной и жестокой, как сейчас, когда он был беспомощен и не мог ничего поделать.
Джейсон стал его безумием, его наркотиком, его одержимостью. И год вражды ничего не изменил, может быть, сделал это чувство лишь острее — ему хотелось сломить бывшего любовника, заставить покориться, подчиниться своей воле, но тот не уступал, и его упорство подстёгивало желание.
Дэниел считал, что ему сейчас стоило бы заняться работой, чтобы вытеснить мысли о Джейсоне из головы, но не мог. Ему было стыдно: его младшему сыну было всего несколько недель, а он думал не о нём и жене, а о сбежавшем любовнике. Не то чтобы Камилла так уж нуждалась в его помощи: ухаживать за малышом ей помогали две няни, постоянно сменявшие одна другую, не считая прочей прислуги. Последние несколько дней она занималась не столько ребёнком, сколько организацией празднования по случаю его рождения. Вчера, когда он приехал из офиса домой, то застал её с Личи и ещё двумя подругами за перебиранием образцов почерка и обсуждением того, какому каллиграфу лучше поручить написание приглашений. Дэниел справедливо полагал, что в этом его помощь вряд ли нужна.
Подарок для жены тоже уже был готов. Дэниел заказал его несколько месяцев назад Лоренцу Баумеру, не слишком известному широкой публике, но, несомненно, одарённому ювелиру, у которого пока даже не было привычного магазина с витринами, зато была элитарная клиентура. Баумер делал для Камиллы бриллиантовое колье и серьги. Ювелир лично ездил в Антверпен на алмазную биржу, чтобы отобрать камни для подарка. С Антверпеном у Астона были связаны особые воспоминания: он вспомнил, как прилетел туда к Джейсону, отложив важные встречи в Нью-Йорке. Он сходил по нему с ума, и Джейсон, казалось, разделял это безумие. Они были счастливы вместе… Пусть Джейсон и считал, что всё это было обманом и ложью.
Астон дочитал присланный ему Эдером отчёт и попросил мисс Мецлер принести ему кофе и пригласить начальника службы безопасности. Эдер появился на пороге его кабинета неожиданно быстро.
— Я сам собирался зайти к тебе, — сразу заявил он. — Мы, кажется, поняли, как они общались.
Астон заинтересованно поднял глаза на Эдера:
— И как?
— Через один форум в интернете, посвящённый часам. Коллинз был там зарегистрирован уже несколько лет, время от времени что-нибудь писал, но в последние несколько недель он оставил там чуть ли не столько же сообщений, сколько за предыдущий год. Все сообщения касались исключительно часов, никто не обратил на них особого внимания.
— Это что, были какие-то зашифрованные сообщения? — спросил Астон. — Вы их расшифровали?
— Нет, но мы уже начали работать над этим. Складывается впечатление, что там всё не так просто и нам самим не справиться. Скорее всего, потребуется помощь профессиональных криптоаналитиков.
