Астон теперь оказался один на один со скорбью и чувством вины. Джейсон представлял, как он, должно быть, сидит в своём кабинете в особняке на Уилтон-кресент и раз за разом вспоминает сына и принятое им решение. И принимает его снова и снова.
Астон вряд ли сейчас был в Лондоне, но Джейсону вспоминалась именно та комната, в которой они провели вместе так много вечеров, когда Дэниел работал, а он устраивался на диване с книгой или ноутбуком, стараясь не мешать.
Джейсон знал, как знал Эдер и знал сам Астон, что решение было правильным и что, прими он другое, это никак бы не изменило судьбы Криса, только привело бы к ещё более катастрофическим последствиям для остальных. Но это было слабым утешением. Он всё равно предал сына и пожертвовал им.
Джейсон взял телефон и набрал номер Эдера:
— Я могу приехать. Решите, когда лучше.
— Лучше в выходные, если вам это удобно. Он уезжает в шато, в Нормандию.
Джейсон поморщился: от шато у него остались не самые приятные воспоминания, но это был не повод отказываться от поездки. Вот в дом в Колоньи он бы точно больше никогда не вошёл.
***
Зимой окрестности шато изменились до неузнаваемости, и Джейсон понял, что они подъезжают к дому, только когда увидел аллею, которая вела от ворот поместья к особняку. Решетчатые створки медленно открылись перед машиной, и она поехала меж двух рядов тёмных, скинувших листья деревьев.
Джейсон спросил сидевшего рядом с водителем Рюгера:
— Он точно хочет меня видеть?
Тот, даже не обернувшись назад, ответил:
— Он не знает. Эдер ему не говорил. Вдруг бы вы передумали в последний момент.
Джейсон выпрямился на сидении и, не потрудившись скрыть недовольство, объявил:
— Остановите машину. Я уже передумал.
— Что на вас опять нашло? — на это раз Рюгер соизволил повернуться к нему.
— Я не буду с ним встречаться, если вы не предупредите заранее, — пригрозил Джейсон.
— Мы уже почти приехали.
— Значит, будете вытаскивать меня из машины силой. Не сомневаюсь, Астона это зрелище порадует.
— Останови, — приказал Рюгер водителю. — Хорошо, я позвоню Эдеру.
Джейсон откинулся на спинку сиденья с видимым удовлетворением от своей маленькой победы. Рюгер обменялся с Эдером несколькими фразами на немецком, а потом отдал телефон Джейсону.
— Это правда? Вы ему не сказали? — спросил он начальника службы безопасности.
— Я подумал, что он может отказаться из гордости или из упрямства. А ваш приезд станет своего рода сюрпризом.
— Может, мне ещё из торта выпрыгнуть? — прошипел Джейсон в трубку, не на шутку разозлённый. — И он не любит сюрпризы.
— Я поговорю с ним, — уступил Эдер, понимая, что сила сейчас была не на его стороне, — и сразу перезвоню вам.
Джейсон вернул телефон Рюгеру. Телохранитель взглянул на него с чем-то, похожим на осуждение. Джейсон только пожал плечами и улыбнулся уголком рта: он обещал приехать к Астону, а не быть милым и обходительным с охраной.
На крыльце шато его встречали ещё телохранители: Дэвис и Хиршау. Хиршау, как обычно, стоял с каменным лицом и стеклянными глазами, но Дэвис, ни капли не стесняясь и забыв о правилах, таращился на Джейсона в изумлении. Тот сделал вид, что ничего не заметил, и равнодушно прошёл мимо.
Джейсон отдал верхнюю одежду прислуге, и его повели через холл и большую гостиную в сторону малой. Джейсон помнил эту комнату: она была не то чтобы очень просторной, но из-за того, что мебели в ней было мало, казалась полупустой и необжитой. От французских окон тянуло холодом. Шторы были раздёрнуты, и серый, пасмурный зимний свет как будто ещё больше остужал воздух.
Дэниел сидел в кресле и смотрел в окно на засыпанный снегом парк, где летом пестрели клумбы и газоны, а теперь расстилалась сплошная белая пустота, прочерченная серыми линиями дорожек. Он медленно обернулся, услышав, как открывается дверь.
При виде Джейсона он неуверенно и немного нервно улыбнулся, но улыбка получилась, скорее, натянутой и вежливой, чем искренней. Он словно не понимал, каким образом Джейсон вдруг оказался в его доме. Тем не менее, он поднялся с кресла навстречу ему.
Джейсон подошёл к нему и замер, не зная, что делать.
— Мне очень жаль, — сказал он наконец, понимая, как банально и плоско это звучит; но лучшего в голову не приходило. — Прости… Если бы я разобрался со всем этим раньше, то…
— То случилось бы что-нибудь ещё, — закончил фразу Астон. — Наверное, что-то такое должно было произойти, чтобы…
Его голос дрогнул и затих, но потом Дэниел снова заговорил:
— Спасибо, что приехал.
— Это Эдер, он… Он, видимо, романтик в душе. Решил, что тебе станет легче. Я был бы рад, если бы так и было, — Джейсон говорил какую-то бессвязную ерунду, только чтобы не молчать. Молчание в этой комнате было слишком скорбным и тяжёлым — он понял это по первым секундам. — Но если ты против, если я мешаю, то уеду сегодня же.
— Через час будет обед. Останься, — сказал Дэниел. Его слова были больше похожи на распоряжение, но Джейсона это не задело: он по глазам Астона видел, что тот рад его видеть, только это была какая-то грустная, безнадёжная радость.
