О черт. Девушка обреченно простонала, прячась под одеяло.
— Гад! Ненавижу его! — С громким воплем дверь в спальню открылась.
— Отвали, мелкая! Я не виноват! — Сердито прибавился еще один голос.
«Притворяться мертвой не прокатит». — Мимолетная мысль растаяла так же быстро, как возникла. Агнес открыла глаза и вылезла из-под одеяла, пока это не сделали за нее опасные монстрики.
Маленькая девочка с грозным видом стояла рядом, у кровати, и сверлила старшего брата обиженным взглядом. Тот невозмутимо сложил руки на груди, нахмурив брови, и в ответ прожигал крошку взглядом.
Агнес прервала немую сцену.
— Что здесь происходит? — не смогла сдержать улыбки она, встав с постели и с любопытством разглядывая детей. Пару секунд те упрямо молчали, а потом наперебой начали докладывать.
— Этот придурок сжег мою любимую куклу! Ту, что мне подарил дядя Рафаэль! — выпалила девочка. Ее щеки горели. — Дэниел придурок, мама! Накажи его!
— Я проводил эксперимент, — настаивал мальчик. — В мои цели не входило уничтожение ее нелепой игрушки. Это вышло случайно.
— Сам ты нелепый. — Сестра набросилась на брата с кулаками, но тот легко увернулся. — Стоп, случайно?! — вскипятилась маленькая Белла, и голос ее перешел на крик. — Мам, ты же не веришь ему?! — Девочка обратила свой вопросительный взгляд на Агнес.
— Честно говоря, я уже никому из вас не верю. — Она закатила глаза. — Дэни, ты «случайно» сжег ее куклу. Возможно, так же «случайно», как она сломала твою приставку пару дней назад. Я ведь права? — понимающая улыбка появилась лице Агнес, но она поспешила ее спрятать.
— Это другое, — пробурчал себе под нос мальчик, опустив глаза.
Нахмуренный, мрачный и сам себе на уме — он был точной копией своего отца. Такой же взгляд, такая же улыбка, такие же глаза. Агнес не могла злиться на него дольше минуты.
Ее взгляд смягчился.
— Может, попросишь прощения у сестры? — предложила она, нежно взъерошив темные волосы сына.
— Еще чего! Я похож на человека без чувства собственного достоинства? — оскорбился Дэни, сильнее сдвинув брови. — Эта заноза в заднице сама должна извиниться передо мной. Мам, ты сравни ущерб: приставка и какая-то кукла!
— Неважна ее стоимость, ты ведь понимаешь, насколько ценной она была для Беллы. — Агнес строго покачала головой. — Ты сейчас не прав. Попроси прощения.
— Уже бегу и спотыкаюсь.
— Да, уже бежишь и спотыкаешься, — послышался строгий голос за спиной Дэни. — Ты как с мамой разговариваешь?
— Прости, мам, — сразу же извинился тот.
— Ты опять обижаешь младшую сестру?
— Ну, пап, — простонал раздосадовано мальчик, повернувшись лицом к отцу. — Это Белла во всем виновата. Ты был там, когда она сломала мне приставку! Ты же видишь, что она постоянно портит мне жизнь!
Девочка обиженно и расстроенно всхлипнула, бросившись прочь.
Марк обратил на сына предупреждающий взгляд и вышел вслед за дочерью. Он нашел Беллу во дворе. Она сидела на качелях, жалобно и очень тихо всхлипывая. Рыдания сотрясали ее маленькое тело. Сердце отца заныло от боли.
— Моя маленькая принцесса, иди ко мне. — Он опустился на колени и протянул руки к девочке. Та немедленно кинулась ему на шею, находя утешение в крепких объятиях папы.
— Д-дэни… ме… меня об… бижает, — удалось ей выговорить сквозь безутешные рыдания. Плечи Беллы тряслись. Она прижалась к Марку и доверчиво положила голову ему на плечо. — Пап, он совсем меня не любит?
— Конечно любит, моя радость. — Отец поцеловал девочку в макушку и заботливо погладил по спине. — Просто ему сложно выражать свои эмоции. Раньше я таким же был.
— Правда? — недоверчиво уточнила малышка, шмыгнув носом.
— Правда. Но это не значит, что ты ему не дорога. Просто Дэни не знает, как это показать, — мягко улыбнулся Марк. Девочка перестала плакать и внимательно его слушала. Мужчина заботливо вытер слезы с ее щек. — Ты должна это понимать, дорогая. Не обижайся на него за это. Он просто учится.
— Разве сложно подойти и сказать, что любишь кого-то? — не унималась Белла. — Это же так просто. Вот, смотри. Папочка, я очень тебя люблю. — Она обвила шею отца и чмокнула в щеку.
— И я тебя люблю. — Сердце Марка затопила волна нежности. Он силился и не мог вспомнить, какой была жизнь до того, как в нее вошла Агнес и их малыши. Казалось, это было целую вечность назад. — Знаешь, моя маленькая принцесса, иногда человеку нужно, чтобы ему помогли, подтолкнули. Ты можешь первая сказать брату об этом. Можешь первая извиниться. Можешь первая предложить поиграть. Твоя мама так и делала со мной, — усмехнулся отец. — Я был тогда злой, одинокий. А она всегда была рядом. И когда я боялся, ее смелости хватало на нас двоих.
— Мама первая протянула тебе руку? — Взгляд Беллы был серьезным. Марку часто казалась, что его дочь не по годам умная и взрослая.
