После Жасмин переживала, что Сара выдаст ее и мать уволят. Она не спала несколько ночей подряд, но ничего так и не произошло. На следующей неделе Моргана, как обычно, привезла Жасмин к дому с синими ставнями, и жизнь снова пошла своим чередом. Жасмин устраивалась на кухне и молча делала уроки. С тех пор она не осмеливалась выйти даже в туалет. Правда, время от времени к ней приходила поговорить Сара, иногда садилась рядом и тоже делала домашние задания, обращаясь к ней за помощью. После дня рождения своего брата, которому подарили новый велосипед, Жасмин перестала бывать у Леруа.
Лилу и Фанни сидели в пустом ресторане гостиницы друг напротив друга и молча завтракали. Фанни читала газету «Ле Монд» на экране мобильника, Лилу поглядывала украдкой на мачеху.
– Что ты так на меня смотришь? – не поднимая головы, спросила Фанни.
– Почему тебе сложно писать о деле Сары Леруа?
Фанни отложила телефон в сторону и вздохнула.
– Меня нанимали в
– Да, но есть кое-что еще. Лучшей подругой Сары много лет была Анжелика, и полиция ее подозревала, но ты не упомянула об этом в своих статьях. Ты лишь написала, что они учились в одном классе, но в действительности они были гораздо ближе друг другу, чем ты преподнесла.
– Ты рылась в моих вещах?
– Папка лежала на столике. И материалы в ней не секретные: они скоро будут опубликованы в Интернете.
Фанни подняла глаза на Лилу и сделала глоток кофе, будто прикосновение к чашке могло унять дрожь в пальцах.
– Многие горожане симпатизировали Эрику Шевалье. Он был сыном мэра.
– Пасынком, – машинально поправила Лилу.
– Если угодно… Когда Эрика арестовали, были те, кто настолько не желали верить в его причастность, что стали наводить напраслину на других. После того, как Анжелика, которой тогда было шестнадцать, побывала на допросе в полиции, всякие идиоты начали считать ее виновной, не давали проходу на улице, осыпали оскорблениями. Не хочу снова пробуждать злобу в таких придурках, вот и все.
– Из-за чего поссорились Анжелика и Сара?
Фанни пожала плечами.
– Думаю, они были влюблены в одного и того же мальчика.
– В кого?
– В Бенжамена Шевалье, второго сводного брата Сары.
– Не странновато ли влюбляться в сводного брата?
– Формально кровными узами они не были связаны.
– Ну да… А откуда ты знаешь, что они были влюблены?
Фанни вздохнула, разрываясь между потребностью поделиться с кем-нибудь воспоминаниями, до сих пор болезненными, и желанием немедленно забыть обо всем. К тому же она достаточно хорошо знала Лилу и понимала, что та не отстанет, пока не получит ответы на свои вопросы.
– Они учились классе в шестом, хотя нет, в седьмом, я тогда уже уехала из Бувиля, это был мой первый год после окончания школы. Иногда я приезжала на выходные, и однажды, снимая постельное белье с кровати Анжелики, я…
– А почему ты меняла белье у своей сестры, когда возвращалась на выходные?
– Потому что моя мать… наша мать дома почти не бывала. Короче, я нашла под матрасом снимки из фотобудки: Анжелика с Бенжаменом щека к щеке. На обороте почерком сестры была выведена дата, какая-то фраза вроде «лучший день моей жизни» и сердечко. Я слегка посмеялась над ней, по-доброму. Кажется, сказала что-то вроде «не знала, что у тебя есть возлюбленный». На это она разрыдалась, мол, они не смогут быть вместе, потому что Сара любит Бенжамена, а она никогда не причинит боль Саре, хотя эта фотосессия – и так уже предательство…
– А ты что?
– Я ей сказала, что это глупо, что если их с Бенжаменом чувства взаимны, то им надо встречаться. Что ж тут поделать, раз он не любит Сару!
Лилу отправила в рот кусочек круассана.
– Да… ФК, тебя прямо распирает от женской солидарности, как я погляжу.
– Я оказалась права: закончилось все тем, что дружба Анжелики и Сары через несколько недель превратилась в пшик.
– Она тебя послушалась? Стала встречаться с Бенжаменом?
– Не знаю… Но когда я вернулась в следующий раз, Анжелика уже ненавидела Сару и ничего слышать о ней не желала. Думаю, это произошло после той странной вечеринки…
– Какой вечеринки?
Фанни нахмурилась.
– Эрик устроил грандиозную вечеринку для всех старшеклассников по случаю своего дня рождения. Анжелика была в восторге, что ей удастся пойти туда с Сарой. Она звонила мне, спрашивала, что надеть, хотела одолжить мою футболку, словом, ты знаешь, как это бывает: в этом возрасте вечеринка – событие века.
– И что было дальше?
– Анжелика позвонила мне в пять часов утра, она была пьяна и все время плакала. Я ничего не могла понять. У меня шла экзаменационная сессия, а тут ее звонок среди ночи…
– И ты поступила, как обычно: послала куда подальше.
Помрачневшая Фанни стала кусать губы.
– Я велела ей перезвонить, когда протрезвеет, сказала, что употреблять алкоголь в ее возрасте – это ни в какие ворота не лезет, и что я ничего не поняла из ее рассказа.
