– Ты сковала его, Сидящего на Сердце, да? Никогда бы не подумал, что такое вообще возможно… – он говорил быстро, захлебываясь и повторяясь. – Теперь слушайте. Ребята, нас наверняка засекли, и перехватчики вот-вот будут здесь. Слушайте меня внимательно. Они появятся на таких здоровенных летучих тварях; тварей бояться не надо, и одну из них надо захватить; твари – они неживые, просто сложные машины, на манер вашей водяной мельницы.
Твердислав хотел было возразить, что их водяной мельнице как-то не очень пока получалось парить в поднебесье, но вовремя прикусил язык.
– Мы захватим одну. Я умею управлять ими – мы вмиг окажемся на острове. А там я задержу погоню, а вы – вы пойдёте вниз. Да-да, туда, где смерть. Но вы её одолеете, не сомневаюсь. Вы должны узнать, что всё это…
Над головами омерзительно загудело. Застонал пожираемый чудовищными утробами воздух; над краем леса, словно призраки Ведуньей стаи, начали возникать создания, ничего уродливее которых нельзя было и придумать. Составленные из одних углов и острых граней, с заострёнными, точно копья, носами, с торчащими в стороны какими-то жалкими подобиями птичьих крыл. В них, в этих созданиях, не было абсолютно никакой магии, поняла Джейана. Как и в том странном оружии, с которым пришлось столкнуться, когда они встретили Бу. Более того, это оружие и было специально создано для того, чтобы одолевать любую магию; однако его создатели оказались слишком самоуверенными. На него тоже нашлась управа, и сейчас те, что горохом катились из раскрывшихся утроб своих машин, имели при себе также и чародейные средства.
– К бою! – рявкнул Иван, очертя голову бросаясь прямо к ближайшему серому летучему чудовищу. Бу, Твердислав и Джейана кинулись следом. Откуда-то с небес щедро лилась дармовая Сила; судя по всему, враги тоже рассчитывали ею воспользоваться, но, пока они раскачаются, это сделаем мы!
Всего против них было десять тяжёлых летающих машин и не меньше семи десятков людей. Впрочем, какие они люди! Нелюдь это, самая что ни на есть отвратительная нелюдь, раз поднимает руку на настоящих людей, возлюбленных чад самого Великого Духа!
Джейана чувствовала себя невероятно сильной. Сильной до непобедимости. Это пьянило и кружило голову, разжигая неведомый ранее боевой азарт. Сейчас, сейчас, все вместе, синхронно… Она чувствовала, как их противники судорожно готовят своё собственное магическое оружие, и презрительно рассмеялась – редко помогает магия, творимая в такой панике!
А вот и кое-что знакомое. Да, да, то самое оружие, плюющееся мертвыми слитками металла, презренное оружие трусов, которое не заблокировать соответствующим заклятием, но против него отлично помогает щит.
Сложное заклятие удалось наложить меньше чем за долю секунды. Мир вокруг на миг подёрнулся тотчас растаявшей серой рябью, а щит внезапно весь расцвёл огоньками сгоравших в нем разъярённых железных ос. Точнее, нет, не железных. Запах этого металла был незнаком.
Иван на бегу кивнул, точно и не ожидал ничего иного. С той стороны раздавался усиленный магией голос – его никто не слушал. В бой неожиданно вступил Твердислав – за пределы очерченного Силой Джейаны круга вырвался точный двойник юноши, только сотканный из слепящего белого пламени. В один миг он оказался рядом с врагами – первое тело, навылет пробитое его молнией, покатилось по песку, колотясь о него уже мёртвыми руками.
Это казалось легко и просто. Удары в щит выглядели комариными укусами, Джейана отражала их играючи; призрак Твердислава уже гнал бегущих к лесу; казалось, победа близка – и это при том, что в бой не вступил сам Иван!
Однако враги оказались не так просты. Они не собирались покорно умирать, не в силах защититься от магического оружия. Они тоже умели пользоваться Силой. И нанесли ответный удар.
Он не отличался изощренностью или своеобычностью. Нет. Враг не придумал ничего, кроме самой обычной молнии – правда, такой силы и ярости, что её хватило бы обрушить скалы вокруг поселка Твердиславичей.
Змеящаяся огненная черта прянула откуда-то из-за деревьев, попутно поджигая вековые сосны. Иван аж застонал, отражая этот удар, однако отразил и удачно. Всё вокруг заполыхало – и, наверное, целый десяток врагов с воплями принялись кататься по земле, пытаясь сбить охватившее их пламя.
– В машину! Быстрее! – прохрипел Иван. Выглядел он неважно, лицо почернело, словно у умирающего.
До ближайшего летучего создания оставалось около сотни шагов, однако пройти эту сотню оказалось невозможно. Напор злой магии усилился до предела; созданного Твердиславом призрака давно разорвало на мелкие огненные клочья; теперь всё приходилось отдавать защите, потому что вокруг горела и рушилась сама земля; лишь отчаянными усилиями удавалось поднять из пылающих проломов шаткий, тотчас же распадающийся за спиной мостик.
Воздух обращался в ядовитую слизь; из провалов с воем вылетали какие-то извивающиеся многоногие твари, которых не мог остановить щит Джейаны, – их кромсал когтями Бу…
