— Кстати, о бабушке, — осторожно вставляет Дион. — Ты же понимаешь, что она этого никогда не допустит, верно? У нас нет выбора, Зейн. Мы все окажемся в браках по расчету. Разве не лучше забыть о ней, пока еще можешь?
Я тяжело вздыхаю и перекатываю на языке мятную карамельку, чувствуя себя еще более беспокойным, чем раньше.
— Семья Селесты тоже занимается гостиничным бизнесом, — говорю я, впервые озвучивая свои самые потаенные мысли. — Это не невозможно. Если бы они были открыты к слиянию, это могло бы сработать.
— Блять, — выдыхает Ксавьер. — Ты, сука, серьезно подумываешь на ней жениться? Ты в своем уме? Она вообще к тебе хоть что-то чувствует?
Да уж, вроде бы не возражала, когда я целовал ее в своей обсерватории. Дважды. Да и у стены тоже не особо протестовала.
Лекс качает головой, встает и наливает мне виски без льда. Я опрокидываю его в один глоток, уже заебавшись от всей этой херни.
— Зейн, — голос Ареса осторожный. — Если бы это была любая другая девушка, возможно, такое сработало бы. Но только не она. Бабушка никогда не позволит тебе быть с Харрисон. Не после всего, что они нам сделали. Уже много лет ее дедушка переманивает наш персонал, срывает сделки, да и просто открыто поливает бабушку грязью. Если бы речь шла о ком-то другом, равном по статусу, она, возможно, еще выслушала бы тебя. Но Селеста? Единственный способ жениться на ней — это отказаться от наследства. Зная это, не лучше ли просто оставить все как есть?
— Возможно. — В его словах есть правда: быть вместе будет слишком сложно, слишком дорого.
Но мои чувства к ней никогда не были логичными. Она как наркотик. Я знаю, что без нее мне было бы проще, но я все равно тянусь к ней. Я жажду Селесту Харрисон каждой клеткой, каждым ударом сердца. Это уже не вопрос выбора — она в моей крови, в моем сердце.
— Впрочем, все это не имеет значения, — тихо бросаю я, вытягивая еще две карты. — Между нами ничего нет. Никогда не было.
Братья и Ксавьер смотрят на меня так, будто ни черта мне не верят. Да и я, блять, сам себе не верю.
— В этом мире полно женщин, которые подходят тебе куда больше, — осторожно говорит Ксавьер. — Может, тебе просто стоит дать кому-то из них шанс? Или, на худой конец, просто выбить Селесту из головы хорошим трахом.
Я морщусь. Вытрахать ее из своей головы? Может быть. Я никогда ни с кем не был, кроме нее, и, возможно, именно поэтому я так по ней двинулся. Так или иначе, мне нужно ее забыть. Чистого листа, на который я надеялся, не существует, и я не могу стереть нашу историю.
Глава 17
— Этот дом идеально тебе подходит, — говорит Лили, пока мы осматриваем очередной особняк. — Близко к твоему офису, огромный сад, частная подъездная аллея, потрясающая кухня, шикарный бассейн, куча спален. И еще столько естественного света! Тут практически ничего не надо переделывать, разве что немного подкрасить кое-где.
Я рассеянно киваю. Из всех домов, что мы видели, этот — единственный, который я захотела посмотреть дважды. И все же я не могу заставить себя радоваться. Все, о чем я думаю, — это взгляд Зейна, когда он увидел меня с Клифтоном. Прошло шесть недель, а я до сих пор не могу его забыть. Наша ссора тогда ясно показала, почему нам нельзя быть вместе, но я все равно не могу отпустить его, даже несмотря на то, что этот дом — идеальный повод для этого.
Я никогда не видела его таким злым. У Зейна всегда был вспыльчивый характер, но, несмотря на нашу вражду, его гнев никогда не был направлен на меня. В тот раз он выглядел… раненым. Разочарованным. И я не знаю, что с этим делать. Сказать, что мне трудно ему доверять, — значит ничего не сказать.
Я никогда еще так не боялась ошибиться в человеке. Зейн всегда был хитер, и меня до смерти пугает мысль, что если я поддамся чувствам, то в итоге останусь с разбитым сердцем. Он не раз был в шаге от того, чтобы сломать меня. Если я сама отдам ему власть надо мной, это меня уничтожит.
— Боже, эта кухня просто мечта! — Лили вздыхает и делает круг, сияя от восторга. Я стараюсь поддержать ее настрой, но все, что вижу перед собой, — это Зейна на этой кухне, его широкую спину, пока он готовит, а я сижу на барной стойке и наблюдаю за ним, словно повторение той сцены у него дома. У меня бешено колотится сердце от одной мысли о том, как он оборачивается и улыбается мне.
Я пытаюсь прогнать эти мысли, но не могу перестать думать о нем дольше, чем на пару секунд.
Стоило ли мне объяснить, кто такой Клифтон? Интуиция подсказывала, что нет. Если бы я сказала хоть что-то, Зейн тут же сделал бы его своей мишенью, так же, как когда-то меня. Очевидно, что он что-то от меня хочет, и он не потерпит, чтобы кто-то встал у него на пути.
Но больше всего меня пугает не это. Пугает то, что я знаю, что должна держаться от него подальше… но не хочу. Может, я просто мазохистка, но Зейн меня завораживает. Возможно, дело в том, что человек, который столько лет меня мучил, теперь жаждет меня, но я боюсь, что все не так просто.
