Он сильнее сжимает мою талию и склоняется ко мне, тихо вздыхая, прежде чем уткнуться лбом в мое плечо. Потом поворачивает голову, его губы скользят по коже, где прошлой ночью он оставил свой след, и у меня начинает учащенно биться сердце. Он замирает на несколько долгих мгновений, и мне так хочется обнять его, как раньше. Просто вцепиться в него и потеряться в этом прикосновении. Так давно меня никто не держал в объятиях, и я скучаю по этой близости куда больше, чем осознавала.
Когда Зейн отстраняется, чтобы взглянуть на меня, он выглядит измотанным, усталым.
— Я больше не буду этого делать, — его голос почти срывается на шепот. — Я не собираюсь играть в эти игры. Я не могу, Селеста. Я не выдержу три года постоянной войны.
Он отпускает меня и делает глубокий вдох. Футболка слегка поднимается, когда он проводит рукой по волосам, и я на мгновение замечаю его пресс. Его взгляд становится таким опустошенным, что у меня перехватывает дыхание.
— Я не изменю тебе, — говорит он, и в его голосе слышится подлинная искренность. — Никогда не изменял и не собираюсь. И именно твои сомнения нас разрушили. Я никогда не прощу тебя за то, что ты сделала. С нами. С моим бизнесом.
Он тянется ко мне, убирает выбившийся локон за ухо.
— Раньше я был готов на все ради тебя, — шепчет он и качает головой, на лице отражается сожаление. Потом медленно убирает руку. — А теперь… теперь я не хочу иметь с тобой ничего общего.
— Прекрати, — мой голос срывается, дрожь прорывается в каждом слове. — Прошло пять лет с тех пор, как моя лучшая подруга покончила с собой, умоляя меня простить ее за то, что она была с тобой. Самое малое, что ты можешь сделать в память о ней, — это сказать правду. Что ты получишь, отрицая это спустя столько лет?
Он отводит взгляд и тяжело вздыхает.
— Действительно, Селеста. Что я с этого получу?
Глава 53
Я ужасно нервничаю, одеваясь на работу, не зная, чего ожидать. Дедушка и бабушка Анна быстро провернули сделку по слиянию, но одним из их условий было то, что мы с Зейном будем работать вместе, из головного офиса Windsor Hotel, чтобы уладить все детали.
Кроме нашей брачной ночи и экскурсии по его дому, я практически не видела Зейна. Я и не знала, чего жду, но точно не этого неужели мне теперь каждый день предстоит завтракать в одиночестве, гадая, где он? Я брожу по его дому, пытаясь найти хоть какие-то зацепки о том, каким он стал, но единственный человек, которого я вижу, — его экономка.
Я знаю, что он спит рядом, судя по смятым простыням по утрам и наполовину выпитым стаканам воды на его прикроватной тумбе, но все выходные он где-то пропадал. Возможно, так даже лучше, но что-то внутри не дает мне покоя. Я не могу перестать гадать, где он… или с кем он, когда не со мной.
Остановившись в дверях, я замираю, увидев Зейна, облокотившегося на входную дверь с телефоном в руках. Он смотрит на экран и улыбается, и это чувство, которое я испытывала только по отношению к нему, снова пронзает меня. Ревность. Что именно вызвало у него такую улыбку?
Услышав звук моих каблуков, он тут же прячет телефон во внутренний карман своего темно-синего костюма-тройки, и его лицо становится непроницаемым. Черт бы его побрал, как же хорошо на нем сидит этот костюм.
— Подвезу тебя, раз уж нам в одно место, — спокойно говорит он. — Я попросил водителя забрать твою машину, так что она будет здесь, когда мы вернемся.
Я киваю и неуверенно подхожу ближе. Его взгляд скользит по моей обтягивающей юбке цвета нюд и любимой белой блузке, но в глазах не отражается ни капли одобрения. У меня внутри что-то неприятно сжимается, и я тут же ругаю себя за это. Я думала, что годы, которые мы провели в разлуке, плетя интриги друг против друга, уничтожили все остатки чувств. Так почему же они возвращаются с новой силой, стоит мне только увидеть его?
Зейн сразу садится за руль, чем удивляет меня. Он всегда открывал для меня дверь — еще до того, как мы начали встречаться. Я уже успела забыть, что это была привилегия только для меня и его семьи. Глубоко вздохнув, я обхожу машину, чувствуя необъяснимую горечь. Почему это меня так задевает? Разве это не идеальный вариант? Мы не ругаемся, он ведет себя корректно. Это должно было бы меня радовать… но вместо этого мне хочется его спровоцировать.
Я хочу знать, для кого он теперь открывает двери. Делал ли он это и для Лили? Из-за чего он так улыбался несколько минут назад? Где он проводил эти выходные? Я прикусываю губу, чтобы не задать вопросы, которые приведут только к очередной ссоре, и отвожу взгляд в окно, наблюдая, как проносится пейзаж.
