«Не показывай, что тебе больно, когда я с другой. Не требуй от меня того, чего я не в силах тебе дать. Меня тошнит от этого. От чувств, которые хочу вырвать прямо сейчас. Понимаешь, насколько я разрушен?»
— Тогда уходи прямо сейчас. Покончим с этим. — Тереза всхлипнула, закрывая лицо дрожащими руками. — Уходи, убирайся, Рафаэль, не мучай меня!
— Я не готов это сделать. Почему мы не можем быть друзьями? Ведь все эти месяцы нам удавалось. Прошу тебя, Tea, давай попробуем, — умолял он. — Пожалуйста, Tea.
— Удавалось? Ты о том, как притворялся все это время слепым? Мы не дети, ты достаточно умен, чтобы видеть, как я к тебе отношусь…
— Значит, я сделаю тебе больно, — бесцветным голосом произнес он. — Я никогда не смогу почувствовать к тебе того же. Ты просто мой друг, и я дорожу тобой точно так же, как Вильямом.
— Почему, Рафаэль? Почему ты делаешь все, чтобы я тебя оттолкнула? Тебе доставляет радость видеть, как я плачу? То, что ты не страдаешь в одиночку? — Она шмыгнула носом, глядя на него полными слез глазами.
Вид ее страданий необъяснимо терзал Рафаэля. Он ненавидел себя, ведь он не мог дать Терезе того, что она хотела. Рафаэль не хотел отношений. Не хотел разочаровываться и разочаровывать. Внезапно дышать стало тяжело. «Посчитай до семи и обратно». Стиснув зубы, он начал считать.
— Потому что, если я останусь, это не приведет ни к чему хорошему для тебя.
«Один, два, три…» — Его грудная клетка судорожно поднималась и опускалась.
— Не решай за меня. Позволь мне самой сделать выбор.
«Четыре, пять, шесть…» — считал про себя Рафаэль.
— Я не могу тебе ничего предложить, Тереза. Понимаешь? Пока не могу. — Он отвел потухший взгляд.
— Но когда-нибудь, спустя время… Ты смог бы попытаться?
Но Рафаэль не привык давать пустых обещаний. Он покачал головой. «Семь». Облегчение.
— Не знаю, — честно признался он.
— Понятно… — Она повернулась на бок, зажмурившись от боли.
Есть ли смысл ждать того, чего, может, никогда не произойдет? Не надо было даже начинать… Тереза чуть не задохнулась от неожиданности, когда Рафаэль подтащил ее поближе к себе, обнимая со спины.
— Спи, моя маленькая Герда.
Она хотела было отстраниться, но передумала и, утомленная, закрыла глаза. В этой любви изо льда, в лабиринтах его души смогла бы она найти выход и не заблудиться?
Рафаэль ошибался, считая, что Тереза хочет спасти его. Нет. Все было наоборот. Она мечтала, чтобы кто-то спас ее саму. Но что-то подсказывало Терезе, что она скоро потеряет Рафаэля.
Тереза проснулась оттого, что ей было очень жарко. Девушка распахнула глаза, ощутив, как забился пульс на шее. Рафаэль спал рядом с ней, крепко обнимая. Его руки будто старались защитить, ее щека была прижата к его торсу. Тереза слышала, как мерно стучало у него в груди, как спокойно он дышал. У нее защемило сердце. Девушка приподнялась на локте, глядя на его спящее, по-мальчишески беззаботное лицо без маски равнодушия или вызывающей ухмылки.
Бессознательно Тереза провела рукой по его щеке, по розовому шраму, который рассекал лоб и бровь, погладила едва ощутимо, кончиками пальцев. Ей хотелось запомнить каждую черточку на его до дрожи красивом лице. Она коснулась подушечками пальцев изгиба его губ, убрала упавшие на лоб волосы и, повинуясь неведомому порыву, провела по ним рукой. Такие мягкие, что хотелось погладить… Она улыбнулась, перебирая непослушные пряди, опустила голову на подушку рядом. А он вдруг заворочался и сонно открыл глаза. Вот незадача!
— Встала ни свет ни заря и уже домогаешься? — хрипло уточнил парень и перехватил ее руку.
Одним движением он, обнаженный до пояса, навис над девушкой и пригвоздил к кровати ее руки по обе стороны от головы. Тереза лишь успела жалобно пискнуть.
— Кто бы говорил! — Ее щеки вспыхнули, когда парень прижался к ней всем телом. Потому что она вполне явственно ощущала его возбуждение.
— Расслабься, не съем. Пока что, — издевательски усмехнулся он. — У тебя такое забавное выражение лица, котенок. Успокойся.
— А по-моему, это тебе нужно расслабиться. — Тереза выразительно посмотрела вниз.
— Это называется стояк, детка. — Он нагло и соблазнительно прикусил губу. — Не стесняйся называть вещи своими именами.
— О, как благородно с твоей стороны заниматься моим просвещением, — съязвила она. — Я в курсе, что такое эрекция. Просто почему…
— С тобой это не связано, — перебил он девушку. — Обыкновенная мужская физиология. — Рафаэль невозмутимо пожал плечами, но рук ее все-таки не отпустил.
— Долго меня держать собираешься? — проворчала девушка и заерзала, пытаясь высвободиться из-под тяжести его тела, но добилась лишь тесного соприкосновения в совсем неподходящих местах.
Парень угрожающе зашипел. О, так, значит, ему все-таки не очень удобно. Тереза сдержала злорадный смешок.
— Дразниться нехорошо, Тереза, — ухмыльнулся Рафаэль, сразу заметив хитрое выражение ее лица, и наклонился к ней. Близко.
Девушка чувствовала жар мощного тела и непроизвольно стискивала тонкими пальцами его плечи, так что ногти впивались, оставляя на коже следы. Когда этот гад вообще успел избавиться от футболки?!
