Разрушенный рыцарь полностью

Терезу словно ударило током. Сколько раз раньше этот самый голос был ее поддержкой? Сколько раз заставлял улыбаться? Сколько раз называл радугой и солнышком? Очевидно, «акция» закончилась. Зверь показал свое настоящее лицо. Никакого желания превращать чудовище в прекрасного принца у Терезы не было. Она сама всю жизнь была свидетелем нездоровых отношений своих родителей. Нет. Я не буду тебя спасать. И выносить твои грубые слова и оскорбления тоже не буду.

— Здравствуй, Тернер, — в тон ему отозвалась девушка и заставила себя поднять голову и посмотреть ему в лицо.

Как бы она ни готовилась к этой встрече, но все равно вздрогнула. Его глаза были пустыми. Словно их обладателя давным-давно похоронили. Застывшее лицо ничего не выражало. Пустая маска. Которую отчаянно хотелось содрать. До зуда под ногтями.

— Мы не успели обсудить наше выступление, — сдержанно произнес Рафаэль, окинув ее бесстрастным взглядом.

Его сердце бросилось в пляс, вздрогнуло, затрепетало, когда он смотрел на девушку. Рука Рафаэля на миг дрогнула. Ему так сильно… Так чертовски сильно хотелось провести ладонью по ее щеке, погладить. Касаться подушечками пальцев ее губ, глаз, волос, а потом повторить тот же путь губами, упрашивая ее простить, забыть жестокость, помочь ему…

Он проклял себя, когда понял, что едва заметно потянулся к ней. Но еще больнее стало от того, как Тереза отшатнулась от него. С выражением отвращения на лице. Боли. Недоверия. Ни к чему обвинять ее. Это ведь он все разрушил собственными руками за один гребаный день. Трепетную связь, что они умудрились создать среди всей грязи Данверса. Их дружбу. Настоящую.

Рафаэль, который никого не впускал в свой мир, все-таки сделал исключение для Терезы. Эти три месяца все изменили. Она стала первой девушкой, о которой он заботился. Первой девушкой, которую мог назвать лучшим другом. Первой, о ком он вспоминал, когда видел что-то смешное и хотел этим поделиться. Первой, с кем хотел бы разделить свою радость. Первой, к кому бы он пошел, если бы ему было больно. Первой, о ком он думал каждое утро и перед тем, как уснуть.

Каждый день после той проклятой ночи он порывался поехать к ней и поговорить. Каждый гребаный день его пальцы тянулись к телефону, чтобы написать ей привычное «доброе утро». «Бога ради, она стала больше чем просто другом». Гораздо больше. И это его пугало. Именно осознание этого останавливало от того, чтобы все исправить. Он зажмурился. Отошел от нее. Шаг, другой. До безопасного расстояния.

— Могу начать я, если ты не против. Потом включим презентацию и подробно выскажем свое мнение по поводу наших исследований… — холодно предложил Рафаэль.

Ей нестерпимо хотелось расплакаться. «Я была для тебя простым „исследованием“, Рафаэль? Наверное, было забавно играть с влюбленной дурочкой. Скажи, это потешило твое эго? Это стоило того, что ты сделал с нами?»

— Ладно, — согласилась она и протянула ему флеш-карту. — Презентация.

— Спасибо.

Вот и все. Обычный разговор чужих людей. «Теперь всегда так будет?» В горле стоял ком. Тереза стиснула зубы, опустила взгляд. Смотреть в эти ледяные глаза было просто невыносимо. Ведь она знала, какие они настоящие. Искрящиеся теплом, заботой и лаской. Как они блестят, когда он радуется чему-то. Как на его щеке появляется очаровательная ямочка. Как… Стоп. «Остановись, Тереза. Прекрати. Довольно», — осадила она себя мысленно. Вздох облегчения сорвался с губ девушки, когда задержавшаяся преподавательница наконец явилась и открыла аудиторию.

— Подведем итог нашего исследования. Мы пришли к выводу, что количество проведенного вместе времени не влияет на образование каких-либо уз, — заключила Тереза, когда Рафаэль щелкнул по мышке, демонстрируя последний слайд на проекторе аудитории.

Она повернула голову и столкнулась с его взглядом. Острым, как смертельное лезвие, впивающееся в глотку. Ни вдохнуть ни выдохнуть. Он смотрел на нее сердито, словно был в ярости. Из-за чего?.. «Не согласен с правдой?» — подумала она.

— Нет, это твое мнение, — Он вышел из-за стола и подошел к Терезе. — Я считаю с точностью да наоборот. Просто некоторые люди склонны забывать все хорошее, когда что-то идет не так, как им того хочется. — Он снисходительно скривил губы в подобии улыбки.

— Не улавливаю связи между твоим заявлением и моими словами, — огрызнулась Тереза.

От возмущения она даже забыла о том, что за ними наблюдают. Все ее внимание было приковано к Рафаэлю, который вел себя так, словно все находится под его контролем.

Он ухмыльнулся. Аудитория притихла, обмениваясь недоуменными взглядами.

— Разве ты не противоречишь сама себе, мисс Браун? — Рафаэль нахально уселся на учительский стол. — Стал бы человек испытывать боль из-за другого человека, если бы между ними не было никакой… связи?

— Полагаю, у тебя нулевые способности к эмпатии. Мимо.

— Ложь, сплошная ложь. Разве целью нашего исследования было обмануть людей? — прищурился он.