Тихий шепот Таристана заставил ее замереть. Она не помнила, чтобы он когда-нибудь говорил с ней таким мягким голосом. Не двигаясь с места, Таристан смотрел на нее с тем же каменным выражением лица, но в его броне появилась брешь, сквозь которую Эрида рассмотрела вспышку глубинных чувств.
Глаза Таристана оставались черными, не тронутыми красным сиянием Того, Кто Ждет. И наполненными болью.
– Таристан, – произнесла она тихим, ровным шепотом. Единственный ответ, который пришел ей в голову.
Он прерывисто вдохнул сквозь сжатые зубы. Эрида видела, как его прикрытая тканью рубашки грудь стремительно поднимается и столь же быстро опускается. Белые вены выделялись на бледной коже – еще более заметные на фоне пореза, бежавшего вдоль ключицы. Эрида всматривалась в его раны так же, как он всматривался в следы, оставшиеся на ее теле. Осознание медленно озарило Эриду, и у нее перехватило дыхание.
Она вспомнила охвативший ее страх, когда несколькими часами ранее Таристан рассказал о своих ранах. Об утраченном Веретене, о даре, который Тот, Кто Ждет забрал назад. Ее супруг был уязвим, и это поселило в ее душе панику.
Тот же ужас сейчас был написан и на его лице. «Он боится за меня». Таристан осмотрел ее раненую кисть и предплечье, к гладкой коже которого прилипли хлопья пепла. У Эриды защемило сердце. Как силен должен быть страх в душе ее мужа, если она смогла заметить его?
Таристан всегда видел в ней королеву, окруженную стражей и сидящую на троне вдали от опасностей. Доспехи были нужны ей только для того, чтобы производить впечатление на окружающих. Ее оружие блистало позолотой, а не начищенной сталью. Она возглавляла армию, но никогда не выходила на поле боя. Жила в военном лагере, но никогда не оставалась без охраны. Ее жизни ничто не угрожало. Она вела свои битвы, сидя на троне, а не в пылу сражения.
«До сегодняшнего дня».
Эрида медленно потянулась к нему и обхватила его запястье пальцами здоровой руки. Почувствовала, как колотится его пульс.
– Таристан, – чуть слышно выдохнула она.
Он смотрел на нее, поджав губы. Страх вперемешку с яростью отражались у него на лице.
– Это мой путь, – сказал он. – И его опасности должны угрожать мне одному.
Эрида приподняла подбородок.
– А что насчет победы? Она тоже будет принадлежать только тебе?
Он ответил не задумываясь:
– Нет.
Сделав над собой усилие, Эрида приподняла раненую руку, чтобы Таристан смог лучше ее разглядеть. Кисть обожгло болью, но Эрида не поморщилась. Ее решимость была сильнее страданий, которые она испытывала.
– Если такова цена империи, я готова ее заплатить, – твердо произнесла она. – И я не допущу, чтобы моя кровь была пролита напрасно. Ты меня понял?
Не колеблясь ни мгновения, Таристан опустился на одно колено. Эрида по-прежнему сжимала его запястье. Он медленно прильнул горячим лбом к костяшкам ее пальцев и замер на несколько бесконечно долгих секунд.
– Да, моя королева, – прошептал он.
К ее удивлению, он не спешил подниматься. Бросив взгляд через его плечо, Эрида заметила округлившиеся глаза ее подданных. Королева и ее принц-консорт редко проявляли чувства на публике.
Эрида склонила голову, прижимаясь щекой к его щеке.
– В чем дело?
– Даже если ты король пепла, все-таки ты король, – прошептал Таристан.
Эрида сжала его запястье еще сильнее, ощущая под пальцами кости.
– Не думай о том, что наговорил тебе этот глупый Древний.
– Он лишь повторил мои слова, – прорычал Таристан. К его щекам прилила кровь, а кожа заполыхала ярче.
Несмотря на исходивший от его тела жар, кровь в жилах Эриды похолодела. Она не привыкла видеть на лице Таристана из Древнего Кора страх и уж тем более стыд.
– Я сказал их прямо перед сражением при храме у подножия холма. Тогда я был лишь обычным наемником, который украл чужой меч и путешествовал в компании мага. – Шепот стекал с его губ так же легко, как кровь из раны на руке Эриды. – Я не хочу править пеплом, Эрида. Не хочу исполнять свое предназначение ценой
Где-то на краю ее сознания вспыхнула злость, которая ей не принадлежала. Но Эрида могла ее понять: эта эмоция отражала ее собственную досаду. «Мы зашли слишком далеко, чтобы отступить, испугавшись собственного триумфа».
Эрида выпустила запястье Таристана и обхватила пальцами его подбородок, приподняв голову так, чтобы он посмотрел ей в глаза.
– Значит, этого не случится, – ответила она стальным, непреклонным голосом.
Эрида Галландская отказывалась сгорать.
При галлийском дворе находилось множество знатных особ. Большинству из них удалось спастись от пожара. Эрида отправила советников успокоить почтенных лордов, разбежавшихся по городу, в то время как лорд Торнуолл и его люди вернулись ко дворцу, чтобы при свете восходящего солнца оценить масштабы разрушений. Что до нескольких сотен слуг, которые трудились и жили внутри дворцовых стен, то Эрида ничего не знала об их участи. Лишь надеялась, что им хватило ума набрать несколько ведер воды и замедлить продвижение огня в течение ночи.
