– Думал, что к пятидесяти годам Влад будет уже трижды разведен и женат на какой-нибудь фотомодели, а он у нас – примерный семьянин.
Тогда мне показались эти слова неудачной шуткой, оставившей после себя неприятный осадок и горечь в груди, а сейчас – голимой правдой и суровой реальностью. Многие тогда закивали, заулыбались и даже расхохотались, поддерживая своего друга и хлопая его по плечам, что озвучил их собственные мысли.
Я уже не задаюсь вопросом, неужели я одна не замечала, что Влад из той категории мужчин, кому подавай только красивое и молодое тело, а на внутренний мир плевать с высокой колокольни. Просто принимаю это, как данность, уже ничему не удивляясь.
Держа горшок с фикусом в руках, я ненадолго замираю перед дверьми офиса Влада и спустя минут пять вхожу, переводя дыхание. Оно сбивчивое, в такт рваным стукам сердца. Может, провериться? В моем возрасте можно ожидать проблем со всех сторон. Теперь я у своей крошки буду одна, а значит, мне нужно следить за своим здоровьем в два раза лучше.
– Варвара Леонидовна, добрый день! – кивает мне администратор с ресепшена и как-то кривовато улыбается. Пытается выдавить из себя приветственную улыбку, но в ее глазах так и читается вопрос, как я решилась сюда прийти.
Наверняка, уже вся компания знает о том, что мы с Владом разводимся, и теперь судачит об этом, обсасывая самые невероятные и грязные подробности, какие им известны.
Я выпрямляю спину, чувствуя, как напряжены мышцы у позвоночника, когда иду к лифту. Мою спину прожигает несколько пар любопытных глаз, а затем я слышу, как чужие пальцы клацают по мобильнику. Уже звонят на верхние этажи, чтобы рассказать им, что беременная жена Нестерова в здании.
В моих руках только горшок с фикусом, а мне кажется, что в нем сосредоточена вся моя семейная жизнь. И оставить я собираюсь его у Влада. Пусть это станет финальным аккордом между нами, после чего мы разойдемся в разные стороны и не станем друг о друге даже вспоминать. По крайней мере, добрым словом.
Когда я вхожу в приемную Нестерова, секретарша уже стоит, во все глаза глядя на вход, словно только и ждала моего прихода, но я знаю, что ее предупредили снизу.
Взгляд у нее испуганный и бегающий с меня на дверь в кабинет Влада и обратно. Не надо быть гением, чтобы догадаться, что внутри он сейчас не один. Неужели они с Марьяной перестали скрывать свои отношения?
В последнее время муж не похож сам на себя. Непоследователен в словах и поступках, которые совершает будто под веществами. Сам же убеждал Марьяну при мне, что собирался развестись со мной после родов, чтобы люди не судачили вокруг, что он бросил беременную жену. Дескать, бизнес-партнеры и подчиненные не поймут, что у них такой гнилой руководитель.
А как я обо всем узнала и вывалила всё на Алёхиных, довольно быстро переобулся в воздухе и забыл обо всех своих опасениях. Будто решил, что раз горит сарай, гори и хата. Видимо, после угроз Марка Алёхина ему уже почти ничего не страшно.
– У себя? – киваю я на кабинет мужа и спрашиваю у секретарши.
Она гулко сглатывает и хлопает ресницами.
– Варвара Леонидовна, Владимир Викторович… Он не один… У него срочное совещание… Может, вы пройдете пока в конференц-зал и подождете, когда он освободится? Я заварю вам ваш любимый кофе.
Голос у Илоны звучит заискивающе, но я слышу в нем нотки страха. Она боится, что Влад ее уволит, что пропустила его законную жену, когда он милуется с любовницей.
– Я кофе уже как шесть месяцев не пью. И ждать никого не собираюсь.
Хмурюсь, когда до меня доходит, что в компании о нашем намечающемся разводе пока, оказывается, не знают. Видимо, Влад не опустился до объяснений, когда перестал скрывать свою интрижку, как думают сотрудники юридической фирмы.
И теперь его секретарша боится потерять свое насиженное место, решив, что я не в курсе любовных похождений старого кобеля.
Улыбаюсь, когда называю его так мысленно, а затем слышу смешок со стороны Илоны. Черт. Похоже, я назвала Влада старым кобелем вслух.
– Дверь закрыта на ключ изнутри? Открывайте, будьте добры, только тихо, – отстраненно и холодно говорю я Илоне, но она испуганно качает головой.
– Не могу, Варвара Леонидовна. Меня же уволят. А на мне бабушка и младшая сестренка…
– Влад в курсе о моем приходе, так что оставь ключи на столе и прогуляйся. У нас будет личный разговор.
Я нахожу выход из ситуации, но Илона колеблется. Она отличный сотрудник, никогда не пыталась флиртовать с начальством и решать свои вопросы через койку, так что я не сомневаюсь, что даже если ее уволят, новую работу она найдет быстро. А я ей в этом поспособствую, о чем и говорю следом, окончательно убеждая ее сделать так, как я велю.
Я ставлю фикус на ее стол и беру в руки ключ. Подхожу бесшумно к заветной двери, вставляю ключ в замочную скважину и прикрываю глаза, переводя дух.
Размеренно и спокойно дышу, невольно прислушиваюсь к тому, что происходит в кабинете, и слышу… стоны. Тоненькие. Красивые, как из мелодрамы. Словно фальшивые.
